— Просто некоторые люди весьма чувствительны к страстоцвету. — И разводит руками. — Он хорошо расслабляет, но если заварить покрепче, развязывает язык особо болтливым.

Ее глаза сияют озорством.

— И за что ты так с ним? — Смеюсь я.

— Моя мать частенько пользовалась этим трюком и научила меня. Должна же я была проверить, не собирается ли этот молодой человек обидеть тебя!

— И как тебе результат?

— Вообще-то, он сказал гораздо больше, чем я планировала услышать! — Хихикает Ингрид.

— Ну, спасибо, теперь нам неловко общаться друг с другом!

— Но в целом, парень ведь не сказал ничего такого… — Она стискивает зубы, пытаясь подобрать подходящие слова. — И ты уже взрослая, Нея, и, думаю, тебе не нужно объяснять, что нужно быть ответственной в… отношениях с мальчиками.

— Ингрид… — Краснею я.

— Мне действительно нравится этот Микке. Я буду рада, если вы поладите. Вы оба в том возрасте, когда голову теряешь от чувств. Микаэль кажется мне достойным кандидатом, если ты вдруг соберешься влюбиться в кого-то. — Тетя гладит меня по руке, затем встает и идет к двери. — А тот… другой парень… Хельвин… Мне стоит волноваться?

— Насчет чего?

— Вы… — Оборачивается она.

— Он просто меня подвез. — Хрипло отвечаю я. — Ничего такого. Особый чай не понадобится.

— А, ясно. — Ингрид кивает. — Тогда доброй ночи.

Но ее пожелание не сбывается: всю ночь меня мучают кошмары. Лес, погоня, крики — сотни мелькающих перед глазами картинок. А потом я словно лечу над землей и каким-то неведомым образом оказываюсь в темной комнате. Посредине стоит кровать, на ней — кто-то спит.

Мне не нужно включать свет, я и в темноте узнаю эти сильные плечи, мощную грудь, крепкие бедра, прикрытые тонким одеялом, и разметавшиеся по подушке светлые волосы.

Этот кошмар сначала так сладок, что мне не хочется просыпаться. Я забираюсь на кровать, осторожно наклоняюсь над спящим и слушаю его дыхание, но потеря бдительности едва не стоит мне жизни: Хельвин открывает глаза, и те загораются в темноте, точно две сигнальных лампочки.

«Черт!»

Парень молниеносно выбрасывает руки вперед и вцепляется мне в шею.

Но в этот раз я отвечаю тем же.

Во мне столько силы, сколько не бывает в реальности — в своем сне я не уступаю ему, и даже наоборот — поэтому наша схватка выходит яростной и дикой.

Мы катаемся по постели, соревнуясь в том, кто скорее прикончит другого. И ни один не знает пощады. Наконец, из горла противника рвутся глухие хрипы, и я ослабеваю хватку. Мне некуда спешить, я жажду насладиться его агонией.

И в следующий миг Хельвин меня… целует.

Целует!

Это так… так…

Я не успеваю понять — как, потому что просыпаюсь.

С удивлением касаюсь пальцами своих губ, но ощущаю только тонкую струйку крови, что течет из носа. Она горячая, и у нее противный металлический привкус.

«Кем бы ты ни был, Бьорн Хельвин, чем бы ты ни был, я должна узнать, что с тобой не так».

Уже через пару часов я в здании школы — сбегаю с уроков, чтобы попасть в помещение школьной библиотеки.

— Добрый день! Мне нужны книги с классификацией сверхъестественных существ: любые сказки, предания, верования, мифология, бестиарии, иллюстрированные справочники и энциклопедии, а также все об истории Реннвинда: книги, газеты, очерки, заметки о происшествиях.

— Архивные хроники? — Поднимает на меня взгляд из-под очков молодой паренек с бейджиком дежурного по залу. — За какой период?

— Все, что есть.

— Круто. — Хмыкает он, наклоняясь к компьютеру. — Собираете материал для исследования?

— Что-то вроде того. — Жму плечами. — Говорят, в лесу завелась чупакабра. Хочу знать, чем лучше запастись: чесноком или святой водой.

Паренек смотрит на меня, хлопая глазами, но, поняв, что не шучу, тут же перестает улыбаться.

Через пятнадцать минут на мой стол, скрытый за полками с исторической литературой, дежурный библиотеки кладет целую стопку книг.

— Сказания и мифы, — перечисляет он, — божества, волшебные создания и чудовища. — Проводит пальцем по корешкам. — А тут от сотворения мира до гибели богов. Если бы я знал, что конкретно тебя заинтересует, то мог бы расширить поиски.

Я поправляю теплый шарф на шее и затем решительно загребаю книги ладонями:

— Когда я буду знать, обязательно сообщу.

— Здесь от Одина до Бальдра. — Не отстает парнишка. — А тут рагнарек.

— Я уже поняла. — Киваю я.

Энциклопедии прекрасно иллюстрированы: даже не открывая их, можно догадаться, о чем в них рассказывается.

— Я открыл доступ к архивам. — Любезно расшаркивается дежурный. — Данные каталогизированы по датам, заголовкам и темам. Если нужно найти…

— Я разберусь! — Спешу заверить я.