– Ты можешь жить в квартире у своего парня, – низким шепотом произносит Брайан, кладя руку мне на бедро. Я слега вздрагиваю. До сих пор непривычно чувствовать на себе другие касания… но Брайану я всегда позволяю. – Рядом Центральный парк, панорамный вид на весь Манхэттен. Собственный СПА, спорт-зал, и лаунж-зона. Соглашайся, детка. Ну же.
– За кого вы меня принимаете, мистер Пикот? – я игриво стукаю его по руке, но Брайан не убирает ее. Я тяну ладонь к его ноге, но что-то вовремя останавливает меня…не могу. Не могу положить руку на его бедро. Болезненные воспоминания вспышками мелькают перед глазами, и Брайан замечает по моему лицу, что что-то не так.
– Мэл, все хорошо? Ангел, ты в порядке? – Брайан ловит мою застывшую на пол пути руку и сжимает, а я в боковом зеркале вижу, как побелело мое лицо.
Ангел.
Ангел. Мelegim.
Трясу головой, и улыбаюсь еще шире.
– В порядке. Я жутко проголодалась, – кладу голову на его плечо, включая музыку громче.
– Чего ты хочешь? Японскую, итальянскую кухню?
– Пиццу хочу. Где много-много сыра, и фисташковое мороженое.
– Тогда едем, любительница сладкого, – Брайан наспех целует меня в лоб, и больше я не отвлекаю его от дороги.
Перед тем, как зайти в ресторан в самом сердце Манхэттена, я замечаю уже знакомую мне тень в боковом зеркале.
– Милый, можешь зайти без меня? – нежным голосом щебечу я, чтобы Брайан ничего не заподозрил. – Закажи мне пиццу, пока я зайду вот сюда, – я пальцем показываю на огромную розовую вывеску VICTORIA SECRET.
– Мэл, что за глупости? Я пойду с тобой, – Брайан обходит машину и открывает дверь с моей стороны.
– Ну…я как-то стесняюсь.
– Мэл, ты как ребенок, – ворчит он, притягивая меня к себе за талию. – Я помогу тебе сделать правильный выбор, – шепчет он, мягко касаясь губами моей щеки. Мне даже нравится его напор. Я даже вспоминаю, как Брайан выглядел без одежды. Черт возьми, тогда, в Йеле. У него шикарное тело. Широкие, необъятные плечи. Он крупнее Джареда, более перекачен.
Мои мысли вновь уплывают к Джареду, и к его образу, который помню, до мельчайших деталей. В нем нет ничего лишнего. Идеальные рельефы, словно выкованные из стали, как образец мужественности и силы. Черт возьми, я всех с ним буду до конца жизни сравнивать?
– Ты покраснела, мисс Йонсен, – усмехнулся Брайан, отвлекая меня от мыслей о Джареде.
– Конечно, покраснела. Хочу напомнить вам, мистер Пикот, что мы друзья. И даже если это когда-нибудь изменится, я должна оставаться для вас загадкой, – я смотрю на него исподлобья, мысленно умоляя Брайана наконец уйти в этот чертов ресторан. – Поэтому я всего на несколько минут…
– Знаю я вас, девочек. Застрянете на полчаса. Мэл, я не хочу, чтобы ты тратилась сама. Я куплю тебе любую пижамку, которую ты захочешь, – смеется Брайан, слегка касаясь носом моего.
– Я не буду ничего покупать, просто померяю… – еще более невнятно умоляю я, и Брайан наконец тяжело вздыхает.
– Ох, Господи. Хорошо. Не знаю, что ты там задумала, – его губы приближаются к моим губам, и на этот раз мне не избежать настойчивого и жесткого поцелуя. Черт… я стараюсь отпустить своим мысли и наслаждаться процессом. – Но если что, я люблю красное, – шепчет он и отпускает меня, двигаясь в сторону ресторана.
Убедившись, что Брайан ушел, я показываю Амиру знак и киваю в сторону магазина, попутно доставая из сумочки небольшую записку, которую написала только вчера. Воспоминания о красном белье, и о дне, когда я порезала Джаредом осколком захлестывают меня лавиной, бьют по щекам, словно ветер. Слишком тяжело. Даже Амира видеть нелегко.
– Привет, Амир.
– Здравствуй, Мелания. Ты чудесно выглядишь, – я всматриваюсь в добрые черты лица мужчины, который в последнее время в Анмаре заменял мне друга.
– Это не для того, чтобы лучше получаться на фото, которые ты делаешь. Зачем?
Амир тяжело вздыхает, и отводит взгляд в сторону.
– Мэл, он…
– Я слышать ничего не хочу о нем! – рычу я, сама не понимая, как всего два слова вывели меня из себя. Внутри все закипело, я снова ощутила иглы в своем сердце. Неужели, ничего не забыто и не отпущено?
– Хорошо, Мелания.
– Ты не оставишь меня в покое?
– Я просто делаю свою работу.
– Надеюсь, это поможет, – мягко прошу я, и передаю записку в руки Амира, чувствуя, как в горле встает ком. – Амир, у меня все хорошо. Я не хочу…больше ничего знать, видеть, слышать и помнить о нем. Понимаешь?
Губы дрожат, я чувствую, как мне холодно, и это не от обилия кондиционеров в магазине. Амир крепко обнимает меня, забирая записку.
– Береги себя, Мелания, – просит он, и быстро отпуская меня, выходит из магазина, сливаясь с безликой толпой.
Перед глазами все расплывается, я смотрю на манекен, демонстрирующий красивое нижнее белье, невероятно сексуальный комплект. Я беру свой размер, и не меряя покупаю: чулки, подвязки… на самом деле, даже в Анмаре у меня не было ничего настолько развратного и сексуального. Кружева, ткань цвета насыщенной морской волны. Я не знаю, почему я покупаю этот комплект, мне все равно не для кого его надеть…