Мэл, хочет того или нет, принадлежит мне с той минуты, когда я увидел ее впервые. Единственная моя слабость, самое безумное желание. Моя зависимость, у которой есть имя. Даже, если пройдут годы, десятилетия, ничего не изменится для нас. Мы не станем лучше. Счастливее. Не способны, не умеем. Видимость счастья – фальшивка обертка. Если она хочет, то может попытаться, но я не хочу, не умею… Я дал ей достаточно времени. Этот год вымотал меня, довел до предела. И если она не придет сегодня сама, я перестану играть роль кающегося негодяя, который смиренно ожидает прощения.

Спустя час ожидания, я выбрасываю очередной букет в урну, решив сегодня никому его не дарить, и собираюсь уже уходить, когда вижу приближающегося ко мне Амира. Меня охватывает дурное предчувствие и еще не оформившееся ощущение крушения всех моих надежд. Я не жду хороших новостей. Амир мог позвонить, передать отчет на электронную почту, но, если он явился лично, значит есть причина. И она мне не понравится.

– Привет, Адам, – приветствует меня Амир. Мы пожимаем друг другу руки, и я не могу не ощущать исходящее от него напряжение.

– Почему ты здесь? – нахмурившись спрашиваю я.

– Есть разговор.

Мы идем в ближайшее кафе, где Амир без всяких предисловий передает мне свёрнутый лист бумаги.

– Это от Мэл, – поясняет Амир, мрачно глядя мне в глаза. Я застываю, не решаясь взять и развернуть послание. – Она раскрыла меня. Умная девочка. – добавляет он, словно я сам не знаю.

– Что там?

Амир удивленно вскидывает брови.

– Ты думаешь, что я читал?

– Нет, конечно…

Качаю головой, чувствуя себя глупо. Беру листок, ощущая, как бешено в груди колотится сердце. Черт, как мальчишка, но ничего не могу поделать с охватившим меня волнением. За целый год это первая весточка от Мэл. И даже, если в письме сплошные проклятия, я все равно почти счастлив.

Однако моя эйфория длится недолго. Буквально до момента, когда я читаю первые строки.

«Джаред.

В последнее время, я слишком сильно ощущаю твое присутствие в своей жизни. Я замечаю Амира, следующего за мной по пятам, не говоря уже об этих подарках, которые приходится отправлять тебе назад. Не надо… прошу, Джаред. Не надо.

Я не хотела писать это письмо, но вижу, что мои отказы тебя не останавливают. Я хочу, чтобы ты понял: у меня новая жизнь, без тебя. Не нужно ничего посылать, но спасибо за внимание. Мне приятно, что ты не забыл меня. Я бы соврала, если бы сказала, что сама тебя забыла.

Но я счастлива. И я наслаждаюсь свободой, которую ты мне обещал.

И ты, тоже будь счастлив. Я знаю, у тебя тоже теперь своя жизнь. Новая жизнь…

P.S. Спасибо, за Ангела. О ней я буду заботиться, я очень сильно привязалась к ней и полюбила. Она узнает меня, когда я навещаю ее. Я очень благодарна тебе за нее, Джаред. Она заставляет меня улыбаться…»

Что, б…ь? Что за бред?

Сжимаю письмо в кулак, яростно играя желваками. Понимаю взгляд на старого друга, но тот сразу отводит глаза. Грудь прожигает мрачное подозрение, царапнув когтями по сердцу.

– Что за х. я, Амир? Какая новая жизнь еще?

– Я хотел передать тебе лично, чтобы убедиться, что ты не натворишь снова дел и проявишь благоразумие…

– Ты не про письмо, же. Нет?

– Нет, – отрицательно качает головой Амир, и внутри меня все холодеет. Усмехаясь, провожу рукой по волосам, взъершив их.

– Ты издеваешься, да?

– Нет, я хочу, чтобы ты правильно все понял.

Амир достает из кожаной папки файл с какими-то документами. И несколько фотографий, которые кладет на стол перевёрнутой стороной.

Я поднимаю их одну за другой, ощущая, как меня охватывает ледяная ярость и тупое болезненное отчаянье.

«Я счастлива». Черт побери… И каждое фото кричит именно об этом. Каждое фото с каким-то смутно знакомым типом, который то держит ее за руку, то обнимает за плечи. Закрывая глаза, я пытаюсь прогнать картинки того, что осталось за кадром, того, что он еще с ней делает.

– Адам, ты же понимаешь, что это должно было однажды случится. Мелания – молодая красивая женщина. Целый год прошел. Ты причинил ей много боли, и я считаю…

– Мне похер, что ты там считаешь! Ясно? – ледяным вибрирующим от ярости голосом спрашиваю я, пригвождая Амира к месту свирепым взглядом. Хочется крушить все вокруг, но я сдерживаю себя из последних сил. Месяцы, проведенные с английскими снобами, дают о себе знать. – Эта девушка, – тычу пальцем в улыбающееся лицо Мэл на фотографии. – Принадлежит мне. И это, б…ь, даже не обсуждается. Я дал ей подышать, но не отпустил.

– Адам…

– Хватит уже, – поднимаю руку, не желая снова слушать Амира с его бреднями и нравоучениями. Это не его сердце горит сейчас. Ему не понять. – Пора напомнить, кто тут главный. Что это за урод? Мне нужно все на него. Кто, что, когда встретились. Как давно, б…ь, это длится. Насколько далеко зашло, и какого хера она в нем нашла.