Повернув к нужным мне полкам, я стала между двумя высокими книжными стеллажами и подошла к столику, где беспорядочно валялись отрывки из газет, которые прежде всегда были прибраны и аккуратно покоились на столе. В последний раз, когда я их изучала, я совершенно точно все аккуратно сложила на место. Блокнот сразу бросился мне в глаза, и поборов свое любопытство заглянуть внутрь, я взяла его со столика, и уж было собралась бежать обратно, как вдруг заметила… как ящик стола, который всегда был заперт до сегодняшнего дня, немного приоткрыт.

Приоткрыт так навязчиво и маняще, что моя рука сама тянется к тому, чтобы распахнуть его.

До этого дня, мое любопытство никогда не приводило меня ни к чему хорошему. Взять хотя бы тот случай, когда я прочитала дневник Брэндана.

Сердце вдруг резко и бешено начало проламывать грудь, но мои пальцы уже невозможно было остановить. Несмотря на десятки ужасных предчувствий, я как завороженная открывала скрипящий ящик.

А когда я, наконец, сделала это, думала, что ошиблась. Грудь сдавило дьявольскими силками, я все сильнее вглядывалась в небольшие книжечки в твердых, бордовых переплетах.

Эти книжечки были похожи на дневник Брэндана, и только увидев позолоченную надпись на одном из переплетов, я поняла, что это не дневник Брэда.

Это что-то гораздо хуже. Это как тайное знание, к которому я уж точно не имею права прикасаться, но собираюсь.

Как будто я нашла бомбу, спрятанную в самом сердце замка, и собираюсь попытаться обезвредить ее.

Но поскольку делать я этого не умею, она может с легкость взорваться, стоит мне только перепутать провода и…

Но времени думать нет, и пресытившись нагрянувшим адреналином, я беру в руки небольшой томик и прячу его за пояс юбки, накрывая блузкой. Твердый переплет сжигает кожу, и пытаясь выровнять дыхание, я возвращаюсь к Саре, протягивая ей блокнот.

Я действительно надеюсь, что руки мои не дрожат, и весь мой вид молчит о том, что только что совершила вероломную гадкую кражу.

Я могла бы прочитать томик здесь… могла бы не забирать его из библиотеки. Но вдруг Сара бы закрыла тумбочку? Может, в этом и нет ничего плохого? Прежде я забирала книги из библиотеки, и это было не запрещено. К тому же я всегда возвращала их на место.

— Ты моя спасительница, — Сара выхватила блокнот из моих рук, а потом с подозрением уставилась на меня. — Я надеюсь, ты не заглядывала внутрь? Мы, писатели, не любим, когда кто-то видит наши незаконченные идеи…

— Ну, что вы, — выдавила я, чувствуя как пересохло горло.

— Просто у тебя такой вид, будто ты только что там увидела приведение, — она добродушно улыбнулась мне, наконец возвращаясь к реальности. — Хотя, кто знает. В этой библиотеке можно много чего найти. Спокойствие. Эмоции. Ответы на самые сокровенные вопросы… ну а я, здесь нахожу вдохновение.

Сара прижала свой блокнот в груди, и что-то тихо напевая себе под нос, направилась к своему уголку, где постоянно попивала чай и что-то писала.

Наконец-то я могла выдохнуть и расслабить мышцы лица. Я знала, что довольно опрометчиво доставать том здесь и сейчас, но хотела еще раз убедиться в том, что это то, о чем я думаю.

Что я действительно украла что-то куда ценнее, чем даже диадема Меридианы.

Теперь, я была не просто источником власти. Мне казалось, что я держу огромный ключ к ответам на все вопросы, только осмелюсь ли я повернуть его в замочной скважине?

Я подула на багровый переплет, чтобы удалить последние остатки пыли, и еще раз прочитала надпись, состоящую из позолоченных букв:

«Дневник Джонатана Виндзора» и годы его правления.

Дневник отца Брэндана. Что может быть хуже дневника Брэндана? Только это.

Не знаю, что я ожидала там увидеть или прочитать. Но точно не то, что в последствии прочитала.

Теперь я знала все. Я знала больше, чем Брэндан, Меридиана и парламент.

Я просто залезла в душу к бывшему королю Англии, и несмотря на угрызения совести и пролитые слезы, которые почему-то лились из моих глаз не переставая, пока я читала дневник, я чувствовала, как становлюсь сильнее.

Что теперь я могу не просто плыть по течению и наблюдать за тем, как меня кидает из стороны в сторону, а сделать что-то самой.

И я знала, что этой информацией, которой я теперь обладаю, я могу либо возвести Брэндана на пьедестал, либо навсегда раздавить и разрушить.

И каждая клеточка моего тела, которая помнила боль, которую он причинил, жаждала сделать второе.

POV Брэндан

Даже в самых страшных снах и мыслях, я не мог представить картину, хоть отдаленно похожую на эту. Я созвал парламент в зале собраний, но на этот раз инициатором и хозяином встречи был не только я. Напротив меня во главе стола, за которым восседало с дюжину этих глупых старейшин, находился Бастиан.