Я встречал много красивых женщин. Легко получал их в свою постель.

После — женился на одной из самых роскошных из них, но ни одна не задевала те струны души, до каких легко и играючи дотянулась Эрида. Я пытался найти этому логическое объяснение, пытался ответить на простой вопрос в своей голове «почему она»?

Но так и не смог.

Наверное, потому что в самых искренних и глубинных чувствах всегда минимум логики и рационального.

И даже сейчас, находясь в тюрьме, я не уверен, что хотел бы изменить свои действия, будь у меня машина времени. Я бы также не удержался. Также взял бы ее в том зеркальном лабиринте, где мы затерялись в совместной похоти, чувственности, растворились друг друге.

И я бы многое отдал, чтобы вновь прикоснуться к Эре.

Но благодарен хотя бы за то, что могу увидеть ее. И есть еще шанс…изменить все, победить то, что давно отравляет множество жизней.

Такое явление, как «Кинги» нужно удалять, словно опухоль. Их семья и остальные пять — самая разрушительная болезнь этого города.

Итак, что я имею на сегодня.

Мой адвокат сразу сказал, что Кинг младший задействовал своих людей, и мое освобождение маловероятно. Мне пока сложно осознать то, что ближайшие годы своей жизни я проведу в клетке, но надежда умирает последней.

Мой адвокат, и по совместительству убрать близкий друг, доложил о том, что Эрида едва ли не скончалась в одной из комнат отеля. Со стороны это выглядело, как попытка покончить с жизнью, но я понимаю, что, находясь под влиянием «sins» она не действовала сознательно. Она дошла до критической точки, упала в непроглядную тьму. Предполагаю, что химическая дурь полностью разрушила ее, от нее можно ожидать чего угодно.

И если у меня есть шанс ей помочь, я должен это сделать…по крайней мере, пока Элли и Мона покинули Италию. По счастливому стечению обстоятельств, моя бывшая жена не теряла времени зря: несколько месяцев назад она вступила в отношениях с влиятельным мужчиной, проживающим на территории ОАЭ. И, несмотря на то, что все мое нутро сопротивляется тому факту, что она увезла мою дочь в отпуск, организованный богатеньким арабом, я, по крайней мере, могу быть уверен, что они в безопасности. На свете есть не так много стран, где иллюзорные «короны» членов мафиозных семей слетают с макушки, и эмираты — одна из них. Это связано с высоким уровнем безопасности при влете в страну, да и статусность араба, который вертится вокруг Элли, обнадеживает в этом плане.

Кажется, сама судьба помогает мне и Эриде избавиться от гнета манипуляторов и, наконец, вырваться из состояния «жертвы». Мы в одной лодке, но я не собираюсь тонуть за нее, или тащить за собой на дно. Мы справимся и поместимся на этом плоту вместе, даже если он будет тесной дверью из чертового «Титаника».

— У вас пятнадцать минут, — механическим голосом предупреждает меня офицер, пропускающий меня в специальную комнату для встреч, пока другой снимает наручники.

Стараясь угомонить сердце, отбивающее удары в диком ритме. Направляюсь к специальной застекленной области, поделенной на зоны. Здесь у нас так называемые будки для кратковременных свиданий.

Опускаюсь на стул, и поднимаю взгляд на свою гостью только тогда, когда снимаю трубку со стационарного телефона, по которому мы с Эрой сможем общаться.

Да, через стекло. Да, я не могу прикоснуться к ней. Но все мое тело пронизывает всепоглощающая дрожь, как только я чувствую ее рядом.

Моя девочка…как бы я хотел, чтобы ты была только моей. Я подарил бы тебе лучшую жизнь, и никогда бы не предъявил за это счет.

Время замирает, когда вижу ее. Что-то тяжелое и невидимое отбойным молотом залетает под дых.

Меньше всего я бы хотел, чтобы она видела меня в оранжевом костюме с побритой головой. Но в глазах Эриды искрится абсолютное принятие и тепло, направленное прямо на меня. При этом все, кроме ее сияющего взгляда красноречиво рассказывает о том, что совсем недавно, девушка балансировала на грани между жизнью и смертью.

Она снова очень похудела.

Не так сильно, как на тех фотографиях из прошлого, что я видел, но все же. Голубые глаза оттеняют синие вены, отчетливо проступающие через прозрачную кожу под ними. Но стоит Эриде улыбнуться, как я перестаю замечать ее внешние недостатки на данный момент. На считанные моменты вся Вселенная сужается до размеров ее чувственных губ, способных на безумную пылкость и головокружительные стоны.

Черт, мне не стоит их вспоминать, если я не хочу ощутить болезненную тесноту в джинсах.

— Как ты? — горло безбожно пересыхает, сжимаю трубку крепче, бросая на девушку пытливый взор. — Эрида, мать твою, если бы ум…, — последние слова вырываются сами.

Естественно. Легко. Мне плевать, что я выгляжу слегка одержимым и нервным. Это правда. Ее смерть не входит в список моих ближайших планов. Я еще намерен побороться за ее сердце, если чудом выйду отсюда.