Коробку хотелось открыть как можно скорее. В душе Лианы теплилась слабая надежда на то, что туфли, которые она заказала два месяца назад, все-таки пришли к ней.

«Но…они же вернули за них деньги», — вновь отрезвил ее очередной аргумент.

Надежды на что-то хорошее и радостное развеялись, как только она начала открывать коробку.

Вскинув брови, девушка достала оттуда предмет, очень сильно напоминающий по своему виду настольную игру.

Вскинув брови, она прочла вслух:

— «Лила. За гранью грехов», (*Лила — индийская настольная игра, дата ее появления неизвестна. Игра основана на философском понятии лила, является инструментом наблюдения за закономерностями случайных событий в жизни) — ее глаза мазнули по странному названию новой настолки.

Нахмурив брови, девушка распечатала непрошенный подарок. Первым делом — развернула игровое поле, которое одним своим видом ввело ее в ступор.

Каждая клетка на этом поле описывала совершенно разные состояния души и человеческих чувств. Начальная точка называлась «рождение».

А последняя — «воссоединение с высшим я».

Между ними простиралось множество клеток, с такими названиями, как «гнев», «жадность», «заблуждение», «тщеславие», «развлечения»,…и в самом конце игры, такие как «очищение», «голос», «сияние», «ясность сознания» и другие.

— Это еще что такое? — растерянно прошептала девушка, продолжая изучать поле, переполненное нарисованными змеями.

От чтения правил игры, Лиану отвлек звонок со знакомого номера. Она мечтала увидеть его имя на экране очень долгое время, и сейчас…не могла поверить в то, что сам Дэниел Кинг соизволил позвонить ей.

— Не ожидала? — голос, с той самой загадочной хрипотцой, которую она так в нем любила, копьем вонзился ей в сердце.

— Дэниел, это ты? — шепнула девушка с придыханием.

— Глупый вопрос.

— Черт, я просто, не ожидала…Я так скучаю по тебе, — кусая губы, призналась Лиана, не выдержав влияния нахлынувших воспоминаний и чувств.

— Это хорошо, — медленно процедил мужчина в своей привычной властной манере. — Значит, тебе понравится моя игра, — заманивающим в свои сети голосом, пообещал он.

— Я не понимаю. О чем ты?

— Тебе не нужно понимать. Кидай кубик, моя девочка, — просто ответил Кинг.

Ее трансформация — лучшее, что я видел в жизни.

Ведь в лабиринте, как и в кроличьей норе — нет выхода.

Единственный выход из матрицы собственных ограничивающих убеждений — воссоединение с собой.

КОНЕЦ