— Всем свойственно ошибаться. Особенно юным девушкам. Воспринимай, как опыт…перешагни. Не нужно причинять себе зло. Нет ничего прекраснее жизни. Свободной жизни. Без палачей и зависимостей.

— Я ненавижу его, Эрида, — разрывая объятия, она снова всхлипывает и заглядывает мне в глаза с такой невыносимой жестокостью, что мне становится жутко. Кажется, эта малая задушит меня прямо сейчас, но я прекрасно понимаю, что ее ярость направлена на Роберта Кинга. — Ты не представляешь, насколько. Я мечтаю о том, чтобы он сгорел в огне боли тех, кому ее причинил…, — ее ладони сжимают мою больничную рубашку, она слегка дергает меня на себя.

— Как насчет того, чтобы направить вою ненависть в нужное русло? И навсегда уничтожить этого урода? — усмехаюсь я.

— Как же мы это сделаем? Страшно…это плохо закончится. Кто мы, а кто он?

— Как тебя зовут?

— Аннабель, — ей очень подходит это имя.

— Нам нужно найти всех девочек. Всех, до единой, кого он сломал и обидел. Взять интервью у каждой. Собрать материал и опубликовать его в сети. Мы опустим его на самое дно.

— А если он убьёт нас? И как мы это сделаем? У нас нет никаких доказательств…он все за собой подчищает. Скорее он посадит нас всех за клевету и ущерб деловой репутации.

— Мы что-нибудь придумаем. Он уже будет в тюрьме к тому времени.

Внезапная идея заражает меня всю, овладевает моим нутром. Становится той самой кнопкой внутри, открывающей «второе дыхание».

Падение Роберта Кинга войдет в историю. Хотя пока, я правда не имею понятия, чем подтвердить свой документальный фильм, чтобы он не выглядел скомпрометированным в глазах общественности. Клянусь, что когда он все-таки выйдет, сам Netflix купит у меня права на него, чтобы стать главным уроком для молодых девушек-подростков, мечтающих о легких деньгах и славе.

Остается только один вопрос: как падение Роберта поможет мне спасти Алекса? Неужели я потеряла его навсегда? Дэниел сделает все, чтобы он остался там — подальше от меня.

Когда я возвращаюсь к своей кровати, замечаю на прикроватной тумбочке очередной конверт. Очевидно, что он от Дэниела — их я узнаю из тысячи.

Боже, неужели ему не плевать? Он соизволил прислать мне послание. А поднять свой зад и навестить меня он уже не в силах. Поразительно…и как я могла столько своих сил отдавать человеку, которому настолько плевать на меня?

Распечатывая конверт дрожащими руками, я достаю из нее карту таро, на которой изображен молодой юноша. Опустив глаза в пол, он сидит под деревом и явно размышляет о тяготах, что принесла ему нелегкая жизнь.

Мне даже не нужно гуглить, чтобы осознать, какой грех олицетворяет «четверка кубков».

Уныние.

И, кажется, я достигла его дна, когда наглоталась алкоголя и таблеток.

«Это — последняя. Других не будет, Эрида. Игра окончена…ты готова к экзамену?» — гласит вложенная в конверт записка.

Вслух обругав Кинга с ног до головы, я разрываю его записку на мелкие кусочки, закусив губы от досады. Устало падаю на кровать, едва ли не взвыв от обиды и боли. Я, блядь, на том свете побывала…и даже это — игра для него. Послание Дэниела прямо указывает на то, что мой передоз фактически входил в его планы.

Я могла бы продолжить плакать в подушку, поливать его последними словами и тысячу раз повторять, как ненавижу его.

Но я сделаю лучше.

Я больше не потрачу ни грамма своего энергии на Дэниела Кинга. Все, что я делаю, отныне будет направлено только в мою пользу.

Я ни на твоей стороне поле, Дэнни. И не на стороне твоего отца.

Я — судья, который может удалить вас на скамейку запасных.

Или тюремная тебе нравится больше?

Держись, мой хороший. Скоро я тоже подарю тебе особую карточку — «красную».

Алекс

Когда-то я был также слеп, как любой из членов так называемых «пяти семей».

Я прекрасно знаю, кто такой Роберт Кинг. Знаком с семьей Морте, Ди Карло и другими, так как долгое время состоял в охране Кингов. Бывших членов мафии не бывает, но в их системе я считался куда меньшим звеном, чем рядовой новичок и даже не претендовал на прохождение инициации. Исконных правил и законов омерты в Нью-Йорке придерживаются только те семьи, во главе которых стоят чистокровные итальянцы. Я плохо знаю родословную Кинга, но в нем куда больше «западной» крови, чем в тех же Морте или Ди Карло.

Но речь не о том, как часть исконной cosa nostra в США превратилась в банальный и преступный олигархат, присутствующий в каждой стране.