Я прошла в коридор и выбрала самый шумный, самый оживленный и буйный зал. На этот раз я оглядела обстановку внимательнее, чем в тот вечер, когда пришла за Киллианом и Хантером. Тогда мне приходилось оглядываться и высматривать вышибал, к тому же меня переполняла такая ярость, что я не могла ни на что обращать внимание.

По залу были расставлены круглые дубовые столы с зеленым сукном, вокруг которых собрались мужчины в дорогих костюмах, куря сигары и попивая бренди. Все они были чем-то похожи на мужчин моей семьи – привилегированные, развращенные и жаждущие дешевых развлечений. А еще по залу ходили официантки в крошечных черных платьишках, наклоняясь над столами и обслуживая клиентов.

Я оглядела зал, высматривая стол для игры в блек-джек. Я умела играть в техасский холдем^[45] и семикарточный стад^[46], но моей по-настоящему сильной стороной была игра в блек-джек. Это первая карточная игра, которой меня научил Киллиан, и он взял за правило тренироваться со мной в каждый канун Рождества, когда все остальные уже расходились по комнатам.

Мы много лет поддерживали традицию, и этот год не стал исключением.

Я нашла нужный стол и стала ждать. Знала, что, если буду играть в азартные игры в заведении Сэма, он лопнет от злости. У меня екнуло сердце, когда я поняла, что его здесь, скорее всего, нет, но продолжала цепляться за надежду. Сама мысль о том, что я была в клубе без него, подтолкнет его снова предложить мне съехаться с ним.

Когда игра подошла к концу, я вклинилась в полукруг одетых в Prada мужчин и ослепительно улыбнулась крупье.

– Я бы хотела сыграть.

– А я бы хотел поиграть с тобой, – сострил рядом со мной мужчина средних лет, и все собравшиеся мужчины разразились грубым смехом.

Я не позволила улыбке померкнуть.

– Погодите, это же… – Один из них хмуро посмотрел на меня. Я не сводила глаз с крупье. – Ого, и правда. Это Эшлинг Фитцпатрик. Разве тебе не пора в кроватку? Твой папочка знает, что ты здесь?

Через три года мне исполнится тридцать, поэтому его комментарий сильно меня задел, но, возможно, я сама это заслужила за то, что почти три десятилетия ставила потребности родителей превыше собственных и до сих пор жила в их доме.

Я не сводила глаз с крупье, не обращая внимания на говорившего со мной идиота. Немолодой сотрудник прокашлялся и пальцем поправил галстук-бабочку.

– Мэм, боюсь…

– Не бойся. Страх никому не к лицу. Дай мне сыграть, – велела я, цепляясь за свою напускную уверенность.

Я остро ощутила, как всю спину от самой макушки обдало теплом и начало покалывать. Я прекрасно знала, что это означает и кто только что вошел в зал, но никак не выдал свое присутствие.

– Полагаю, от меня это не зависит, мэм. Понимаете, существуют правила, касательно…

– Меня. Да. Я знаю. Бреннан отменил их все. – Я закатала рукава мини-платья от Balmain. – Они касаются всех женщин, которые играют в карточных залах. Я не просто первая встречная женщина. Я женщина, которая сошлась с Сэмом Бреннаном в состязании воли. На меня правила вообще не распространяются. Можешь позвонить ему и спросить лично. Именно так я здесь и оказалась.

– Нет никакого состязания, милая. Я завоевал тебя, не успев даже коснуться пальцем, но попытка хорошая, – произнес низкий голос позади меня.

Я резко обернулась к двери. Возле нее стоял Сэм в светло-сером костюме с бордовым карманным платком от Hermes, выглядывающим из кармана пиджака. Восхитительный грех в итальянских ботинках. Он выглядел так, будто готов идти на свидание. Готов к встрече со мной. Его теплая кожа отливала золотистым загаром, серые глаза были холодны.

Он знал, что я приду сюда, в тот же миг, когда бросил мне вызов, и я угодила прямиком в его ловушку.

Я отвела взгляд, не обращая на него внимания и вновь сосредоточив его на крупье. Я вспомнила слова, сказанные им много лет назад.

– На твоем месте я бы не стал заключать со мной пари.

– Да ну? И почему же?

– Я всегда выигрываю.

Впервые за долгое время я не почувствовала приятного волнения, которое испытывала при встрече с ним, все внутри не растаяло, как обычно случалось. Сегодня Сэм источал какую-то дерзость, безмолвие и напряжение. Он был похож на прежнего Сэма, которого я не интересовала. У меня возникло чувство, будто он в шаге от того, чтобы прилюдно показать мне, как сильно я злоупотребила его терпением. Я переступила с ноги на ногу на высоких каблуках.

– Она может сыграть только с одним условием. – Сэм прошел в зал позади меня, его голос зазвучал ближе, и я почувствовала, как ко мне устремились любопытные взгляды.

Но я отказывалась оборачиваться и одаривать его вниманием, которого он требовал.

– Обычно, когда мужчина дает слово, за этим не стоит никаких дополнительных условий, – тихо сказала я, чувствуя, как щеки заливает румянец.

– Я не мужчина. Я монстр. – Он остановился возле меня, не сводя глаз с моего лица. – Посмотри на меня, Никс.

Я не стала.

Смотрела куда угодно, но только не на него.