– Наконец-то решил последовать моему совету?

– Привет, Гейл. – Он проходит мимо меня, и женщина заключает его в объятья. – Мы просто совершаем обход.

– Ах, вот что. – Она отмахивается. – У нас все хорошо. Ты здорово для этого постарался. – Гейл смотрит на него, держа за плечи. – Мы поддерживаем тебя. Несмотря ни на что.

И снова она, абсолютная преданность, которой располагает Аид. Он заслужил ее не угрозами или щедрыми обещаниями. Его люди пойдут за ним на край земли просто потому, что он уважает их и делает все возможное, чтобы о них позаботиться. Это весьма впечатляюще.

– Я ценю это, – кивает он.

Она опускает руки и снова широко улыбается.

– Не думаешь, что сегодня настал тот день, когда я наконец-то смогу уговорить тебя завести пару собак, чтобы ты не бродил по своему огромному дому в одиночестве?

Я прихожу в оживление.

– Собак?

Наконец женщина смотрит на меня, и ее отношение становится чуть более прохладным.

– Обычно мы не держим в магазине собак, кроме Старика Джо. – Она указывает на собачью лежанку позади себя, в которой, как я думала, лежал ворох полотенец. Но он приподнимает голову, и я понимаю, что это вовсе не полотенца. Это венгерская овчарка. Стряхнув шерсть с глаз, пес широко зевает.

– О боги, – шепотом произношу я. – Аид, взгляни на это великолепное создание.

– Я вижу, – сухо отвечает он.

Гейл пожимает плечами.

– Как я говорила, обычно мы не держим здесь собак, но Джесси нашел коробку с ними возле Кипарисового моста. Не знаю, то ли кто-то из верхнего города решил их там бросить, то ли это был кто-то из наших… – Она вздыхает. – Порой люди бывают настоящими мерзавцами.

Тут мне удается оторвать взгляд от собаки.

– Их просто бросили там? – У меня нет причин испытывать чувство родства со щенками, которых я никогда не видела, но не могу отрицать, что это напоминает мне странный поворот судьбы. – Можно их увидеть?

– Да. – Она указывает пальцем себе за плечо. – Они там. На вид они достаточно взрослые, чтобы их можно было отлучить от матери, так что нет худа без добра.

Но я уже иду мимо Гейл и Аида туда, куда она показала. И, конечно, в задней части магазина стоит большая коробка. Наклонившись, я заглядываю внутрь и ахаю.

– О боги.

Их трое, все абсолютно черные. Я не уверена, что знаю эту породу – подозреваю, что помесь, но они так мило спят, лежа кучей в углу коробки. Тяну руку, но замираю и смотрю на Гейл.

– Можно?

– Разумеется. – Она смотрит на меня, холодность по большей части рассеивается, и я уверена, что вижу, как ее темные глаза искрятся весельем. – Я так понимаю, вы любите собак.

– Я люблю всех животных в равной степени. – Опустившись на колени возле коробки, нежно провожу рукой по спине спящего сверху щенка. – Кошки мне тоже нравятся. Рыбки, все без разбора.

– Принято к сведению. – Теперь Гейл уже явно пытается не рассмеяться, но ничего страшного. Я не возражаю, если она считает меня забавной.

– Аид, смотри.

Он встает на колени рядом со мной.

– Смотрю. – В его голосе слышится нечто странное, и это заставляет меня отвлечься от щенков. О боги, они такие мягкие.

Я всматриваюсь в его лицо. Вид у него почти страдальческий.

– Что не так?

– Ничего.

Я морщу нос.

– Слова говорят одно, а выражение твоего лица – совсем другое.

Он вздыхает, но не от раздражения. Скорее, он сдается.

– Они очень милые. – Потянувшись в коробку, он осторожно берет одного на руки. Вид у него и впрямь измученный. – Их не следовало так оставлять.

Замечаю, что Гейл возвращается к компьютеру и встает рядом с женщиной, которая, судя по всему, приходится ей матерью, давая нам пространство и хотя бы иллюзию уединения.

– Такое часто случается, особенно если собаки не чистокровные. По сути, они бесполезны для заводчиков, только лишние голодные рты. Это дерьмово.

– Дерьмово, – вторит Аид. Щенок утыкается ему в грудь и со вздохом устраивается на руках. Он пальцем поглаживает щенка по голове, будто боится сделать ему больно. – Ужасно быть нежеланным.

Сердце болезненно сжимается. Я говорю, не успев подумать.

– Тебе стоит взять щенка. Гейл права, ты живешь в большом пустом доме, а никто не умеет любить так сильно, как собака. Опомниться не успеешь, как он или она завоюют твое сердце.

Он смотрит на щенка, продолжая методично его поглаживать.

– Это не очень хорошая идея.

– Почему?

– Проще не привязываться.