Он небрежно машет рукой, будто вовсе не пожирает мое лоно взглядом.

– Покажи мне. Ты отчаянно хочешь достичь оргазма? Подари его себе.

Теперь мой свирепый взгляд притворным не назовешь.

– Я не этого хочу.

– Нет, этого. – Он забирается на кровать и встает на колени между моих раздвинутых ног. Аид не прикасается ко мне, но возникает чувство, будто он поставил клеймо собственности на каждую часть моего тела. Его очевидное желание усиливает мое.

Я сделаю это. Опущу руку между бедер и буду ласкать клитор, пока не кончу у него на глазах. Притом, как сильно я возбуждена, для этого потребуется совсем немного времени. И я… я хочу сделать это, черт бы его побрал. Но не могу просто поддаться. Не такова моя натура. Я облизываю губы.

– Предлагаю сделку.

Вот он снова вскидывает бровь, но говорит лишь:

– Слушаю.

– Я бы очень хотела, чтобы… – Не знаю, как сказать это, не умерев от смущения, а потому просто быстро выпаливаю: – Я хочу, чтобы ты кончил, когда кончу я. – Аид продолжает внимательно на меня смотреть, и я заставляю себя продолжить. – Если я доведу себя до оргазма… то очень, очень хочу, чтобы ты сделал то же самое.

Он так долго смотрит на меня, в ожидании, что я передумаю. Я могла бы сказать ему, что этого можно не опасаться, но несколько секунд спустя он и сам это осознает.

Словно не в силах сдержаться, Аид опускает руки на мои бедра и легонько их поглаживает.

– Может, сегодня все будет по-твоему, но не жди, что так будет всегда.

Я отвечаю ему лучезарной улыбкой, от которой сводит скулы.

– Если бы все действительно было по-моему, ты бы уже был во мне.

– Ммм. – Он качает головой. – Ты неисправима.

– Высокопарные словечки. – Я больше не могу сдерживаться. Провожу рукой вдоль живота и развожу половые губы. Я медлю, потому что мне нравится, как он держит мои бедра руками, будто борется с желанием сжать меня сильнее. Контроль опутывает этого мужчину цепями. Интересно, что нужно сделать, чтобы эти оковы лопнули? Что случится, когда это наконец произойдет?

Средним пальцем я вожу по клитору, распространяя влагу, и Аид фыркает.

– Хитрюга.

– Не знаю, о чем ты. – Даже притом, что я действую намеренно медленно, намеренно легко, во мне все равно зарождается удовольствие. На ум приходит едва ли не безумная мысль, что я смогу кончить от одной только силы его взгляда на моем теле. Я снова обвожу клитор. – Аид, пожалуйста.

– Мне нравится, как ты произносишь мое имя. – Он отнимает руки с моих бедер так неспешно, что становится очевидно, что он вовсе не хочет убирать их с моего тела. Я тоже этого не хочу, но конечный результат стоит временного отступления. Он тянется к застежке брюк. Я задерживаю дыхание, когда он достает член. Он… Ух ты. Он идеальный. Все мое тело сводит от желания ощутить его внутри. Аид один раз грубо проводит по нему рукой. – Не останавливайся.

Я осознаю, что уже замедлила движения, и вновь набираю темп. Он поглаживает член, а я не могу оторвать от него взгляд.

– Ты красивый.

Аид издает один из своих хриплых смешков, и мне хочется слышать их еще и еще.

– Ты просто пьяна от страсти.

– Возможно. Но оттого это утверждение не становится менее правдивым. – Я прикусываю нижнюю губу. – Прикоснись ко мне? Пожалуйста? – Он не спешит с ответом, и я настаиваю. – Пожалуйста, Аид. Прошу, господин.

Он чертыхается и убирает мою руку с клитора.

– С тобой хрен сохранишь самообладание.

– Как жаль, – бормочу я, пытаясь придать себе виноватый вид.

– Нет, тебе не жаль. Не двигайся, иначе все закончится.

– Не буду. Обещаю.

Я смотрю, как Аид сжимает кулак вокруг члена и, направив его, проводит широкой головкой по моему клитору. Происходящее кажется мне непристойным и неправильным, но я не хочу, чтобы он останавливался. Боже, как возможно, что это возбуждает сильнее, чем секс, который у меня был? Дело исключительно в нем? У меня нет ответа. Не сейчас. А может, не будет никогда.

Он застывает на мгновение, а потом поглаживает меня снова, обводя клитор в точности, как и я кружила по нему пальцами. Задерживаю дыхание в ожидании его дальнейших действий. Будто выудив мысль прямо из моей головы, Аид ведет членом вниз, смачивая его моей влагой. Порочно. Все это запредельно порочно.

Мольба трахнуть меня уже вертится на кончике языка, но я сдерживаюсь. Как бы я ни обезумела от удовольствия, я все же отдаю себе отчет в том, что сегодня довела его до предела. Если потребую большего, велика вероятность, что он даст отпор.

Аид напрягается, прижавшись членом к моему входу, но не успеваю я наплевать на осторожность, как он говорит:

– Подними руки над головой.