— Папа в ярости, — со вздохом призналась Эш. — Он сказал, что если Мэнди выберет сторону тройняшек, то ему придется выбрать мою, — она положила голову мне на плечо. — Так ужасно, что его поставили перед этим выбором.

Я не стал напоминать ей, что он попал в это положение в первую очередь по своей вине, поскольку выбрал ужасную женщину.

— Ммм, — только и выдавил я.

— Звук, предвещающий чьи-то страдания, — весело произнес Перри.

— Заткнись.

— Обычно он раздает приказы мне, — съязвила Эш. — Думаю, самое время принять меня в команду Константинов.

— Ты не в команде, — буркнул я.

— Вроде того, — заспорила Эш, отчего Тинсли усмехнулась.

— Если мы — команда, то ты носильщик нашего инвентаря. Только с сиськами.

Эш ударила меня по груди.

— Нет, скорее талисман.

— С каких это пор команде Константинов потребовался талисман в виде нищей горничной, напрашивающейся на комплименты?

— С этого самого момента, — Эш усмехнулась. — Или я могла бы стать вашей болельщицей.

— А это меня устраивает, — моя улыбка явно больше походила на волчий оскал.

— Знаете, а у меня на заднем сиденье машины как раз завалялась форма чирлидерши, — протянул Перри, поигрывая бровями, как настоящий идиот.

— Прозвучало так, будто ты извращенец, — со смехом произнес Китон.

— А я и есть извращенец.

Мы с Эш расхохотались. Ведь были в этой комнате единственными настоящими извращенцами. Маленькие Константины могли претендовать разве что на звания подражателей.

— Ладно, придурки, — я поднялся, по-прежнему удерживая Эш на руках. — Бегите домой к своей мамочке. Мне очень нужно поспать.

— Тупица, она и твоя мать, — бросил в ответ Перри.

Проигнорировав его, я отнес Эш в ее комнату и ногой захлопнул за нами дверь. Когда я бесцеремонно бросил девчонку на кровать, она показала мне язык. Пока избавлялся от костюма, Эш скользнула под одеяло, а я забрался следом, когда остался в одних боксерах.

— Где там твой дурацкий купон, — спросил я, притягивая Эш к своей груди и вдыхая аромат ее волос.

— Купон на объятия, который ты уже использовал?

— Он самый.

— Ты не можешь использовать его повторно. Купоны так не работают.

— Тогда сколько ты хочешь за объятия? — я поцеловал ее в шею.

— Обнимай бесплатно, — выдохнула она. — И считай это подачкой нуждающемуся мальчишке.

— Соплячка.

— Тебе нравится моя дерзость.

«Это так».

В квартире повисла тишина, а значит мои братья с сестрой ушли. Даже Креветка решил замолчать. Глаза стали закрываться, когда мною начал овладевать сон. Я чертовски сильно устал, в том числе и от долгого перелета. Сейчас уже позднее утро, но с таким же успехом могло быть два часа ночи, учитывая то, как слипались глаза.

— Уин?

— Ммм?

— Спасибо.

— За что?

— За то, что ты — это ты.

— Ты такая глупышка, когда грустишь, — заметил я хриплым сонным голосом.

— Мне больше не грустно, — на мгновение в комнате повисла тишина, прежде чем Эш добавила: — Доброй ночи, Константин.

— Уже утро, Золушка.

— Но все еще доброе.

— Ммм, с большой натяжкой.

— Уже доброе, — поправилась она.

С этим я не стал спорить.

Я отложила телефон, чтобы убрать волосы в хвост. На лице все еще блуждала улыбка после последнего сообщения Уинстона. Этим утром мы обменивались шутливыми замечаниями между его деловыми встречами. Очевидно, стряслось что-то серьезное с одним его клиентом в Париже, и теперь он занимался ликвидацией ущерба. Я была измотана этими адскими выходными, а Уинстон к утру понедельника оказался свеж и готов к работе. Было трудно найти мотивацию, чтобы встать утром с постели, но Уин усыпил мою совесть, сказав, что сегодня у меня выходной.

Телефон завибрировал, оповещая о новом сообщении. Закончив с прической, я снова взяла смартфон, чтобы посмотреть, что еще хотел сказать мой пошлый парень.

Однако папино сообщение меня не порадовало.

Папа: Приезжай домой, милая. Мэнди и мальчиков нет. Тут сейчас безопасно.

Он уже не первый раз писал мне подобные сообщения с тех пор, как тройняшек арестовали субботним вечером. Я понимала, что он беспокоился обо мне, но не чувствовала, что он сделал все возможное для моей защиты. Отец потерял бдительность, и они тут же этим воспользовались.

Я: Теперь у меня есть своя квартира. Там я в полной безопасности.

Даже если я ею не пользовалась, она у меня действительно была. К тому же отец должен был понять, что я туда не вернусь. И мне не нужна больше его опека. Я сама о себе позабочусь.