Дарлин позвала нас перейти в другой зал для массажа, и наш разговор прервался. Нам с Кэролайн не хотелось посвящать в наш разговор посторонних. Я делала все возможное, чтобы расслабиться, но присутствие полуобнаженной матери моего парня, которая уже успела меня возненавидеть, усложняло задачу. После мы прошли в отдельные сауны, где должны были посредством пота избавиться от всех токсинов. Затем нас отвели в душ, и когда я начисто вымылась, почувствовала себя совершенно разморенной. Вскоре за мной пришла Дарлин и отвела в зал, где меня уже дожидалась Кэролайн.

— Уинстон сказал, что пригласил тебя на ужин сегодня вечером, — начала она, не отрывая взгляда от своего отражения в зеркале.

— Да, — призналась я. — Вы с ним говорили?

— Только что, — она скользнула взглядом в мою сторону. — Он попросил меня подбросить тебя до одного магазина одежды недалеко отсюда, как только с тобой закончат.

Мне захотелось его убить. Одно дело, когда мы вдвоем разыгрывали наши маленькие пошлые фантазии, и совсем другое, если его мать теперь знала, что я позволяла Уинстону одевать меня время от времени. Кожа порозовела от смущения, но я заставила себя признательно улыбнуться.

Следующие несколько часов были потрачены на стрижку, сушку и укладку. Затем стилисты нанесли нам макияж. Было странно проводить день в спа с этой женщиной, но все оказалось не так ужасно, как я предполагала.

— Жаль, что Мэгги умерла, — сказала Кэролайн, когда мы вышли из здания. — Она была так молода.

Я остановилась, как вкопанная, и повернула к ней голову.

— Вы знали мою мать?

Кэролайн — с совершенно непроницаемым выражением лица — подошла ближе.

— Я все знаю, мисс Эллиот.

— Но маму вы знали? — мой голос задрожал, а к глазам подступили слезы. — Она была вашей подругой?

— Не она, нет, — признала Кэролайн, ее голубые глаза стали смотреть оценивающе. — Хотя Барб я знала лично.

— Какую Барб? — нахмурилась я.

Мы продолжили смотреть друг на друга. Она будто что-то искала в моем взгляде, а я просто пыталась понять, о чем говорила Кэролайн.

— Хмм, — протянула она, снимая ворсинку с моей футболки. — Ты не была близка со своей бабушкой?

О… эта Барб. Барбара Хантингтон. Мать моей мамы.

— Никогда с ней не встречалась. Ее не стало, когда я была еще совсем ребенком.

— Понимаю, — она будто хотела сказать что-то еще, но прикусила язык. — Как тесен мир, правда? Давай довезем тебя до магазина.

— Мы забыли заплатить, — напомнила я, кивнув в сторону салона.

— Не говори глупостей, — она пошла к машине, и я поплелась следом. Устроившись на сиденье, я постаралась не ерзать под внимательным изучающим взглядом. Водитель тронулся с места без предупреждения, отчего у меня свело живот. Однако как только я узнала район, в котором мы находились, то стукнула по стеклянной перегородке.

— Да, мисс? — спросил водитель.

— Мы не могли бы остановиться перед кондитерской в следующем квартале?

— Конечно.

Обернувшись, я заметила, что Кэролайн мрачно поджала губы. Игнорируя ее явное раздражение, я выпрыгнула из машины, как только та остановилась, и пообещала вернуться через пару секунд. Внутри я набрала еще красных мармеладных мишек, раз они так понравились Уинстону. Также захватила еще пару конфет и уже пробивала их на кассе, когда зазвонил мой телефон.

— Алло?

— Эш Эллиот. Рад снова слышать твой голос.

— Лео, — я побледнела.

— Скучала?

Кассирша отдала мне сдачу, и я ушла в угол магазина, перекинув сумку через руку.

— Что тебе нужно? — прошипела я.

— То же, что и в прошлый раз. Больше информации.

— Которой у меня нет.

— Ты весь день провела с Кэролайн Константин. Не лги мне, черт подери.

По коже пробежали мурашки при мысли о том, что он где-то наблюдал за мной сейчас. Точно зная, где я и с кем. Гребаный сталкер.

— У нас вовсе не дружеские посиделки, — огрызнулась я. — Знаешь, это нелепо. У меня нет нужной тебе информации, и я не смогу ее получить.

— О, ты ее заполучишь, — рассмеялся он. — Иначе все в этом чертов городе узнают, какой помешанный их великий Уинстон Константин. Что в спальне он становится грязным ублюдком, получающим удовольствие от осквернения маленьких девочек.

— Я совершеннолетняя.

— Что произошло в Париже?

«Иисусе. Чокнутый парень».

— Не знаю, — рыкнула я, теряя терпение. — Я ничего не знаю!

— Выясни. Мне нужно знать, что задумал Константин.

— Или что?

— Я погублю твоего Уинстона и всю его семью. И параллельно твою, сопутствующий ущерб, знаешь ли. Всего-то и нужно будет показать всем, как великий Уинстон Константин разрывает твою хорошенькую задницу.

Я подумала о том, как это будут крутить по телевизору на каждом канале, и к горлу подступила желчь.

— Твои угрозы устарели, — однако фальшь моей бравады тут же раскрылась, поскольку я не смогла сдержать дрожь в голосе.

— Это обещание, сладкая, а я всегда их выполняю. Добудь мне информацию.

С этими словами он сбросил вызов.

Ублюдок.

Вернулась к машине я напряженной и весьма взволнованной. Сев на свое место, я открыла сумку, достала оттуда пакет с красными мишками и протянула его Кэролайн.