Ее брови хмурятся. Ее глаза прищуриваются, когда она смотрит на платье, а затем переводят взгляд на меня. — Почему?

— Потому что мне нужно, чтобы ты выглядела неотразимо.

Она поджимает губы, когда тень набегает на ее лицо. — Почему, — сухо говорит она.

— Ты знаешь почему.

Ее глаза сужаются. — Значит, ты хе использовать меня как фишку для переговоров.

Мой рот становится тоньше.

— Вот почему, верно?

Я вешаю открытую сумку на спинку кожаного кресла и поворачиваюсь, чтобы уйти. — Будь готова в семь.

— Я и не пойду.

Я останавливаюсь в дверях. Моя челюсть сжимается, а брови хмурятся. Я оборачиваюсь, чтобы взглянуть на нее через плечо. — Что ты сказала?

— Ты меня слышал.

Я рычу, полностью поворачиваясь к ней. — Нет, я не думаю, что правильно расслышал.

Ривер саркастически улыбается. Она встает и подходит, чтобы небрежно просмотреть полку со старыми первыми изданиями.

— Я сказала нет, я не буду, готова в семь. — Она поворачивается ко мне и пожимает плечами. — Или в любое время после этого, на самом деле. Я не пойду.

Она возвращается к книгам. Но подпрыгивает, когда я рычу и бросаюсь к ней. Она ахает, поворачиваясь мне навстречу, когда я нависаю над ней, практически прижимая ее к книжным полкам своим телом. Она дрожит, ее глаза горят и расширяются.

— Что это было? — Рявкаю я.

— Это было "нет"... — Она ухмыляется. — Нет, сэр, — саркастически бормочет она.

Во мне вспыхивает гнев. Но потом он проходит. Я вижу слабый блеск в ее глазах и внезапно понимаю, что это. Я слабо улыбаюсь.

— Я на это не куплюсь.

Ривер краснеет. — На что?

— Твоя наживка, — ворчу я.

Она сердито смотрит на меня в ответ. — Моя что?

— Наживка, — снова бормочу я. — То есть, мне кажется, тебе начинает нравиться, когда я наказываю тебя за то, что ты непослушная девчонка. А ты меня провоцируешь. Провоцируешь меня.

Ее щеки пылают. Но она проглатывает это обратно.

— Или тебе просто нравится кичиться своей властью...

— Я бы на твоём месте заткнулся, пока цела, — Огрызаюсь я.

Лицо Ривер пылает. Она нервно прикусывает пухлую нижнюю губу дразнящим образом. Но мне удается взять свои желания под контроль, когда я поворачиваюсь, чтобы уйти.

— Будь готова в семь...

— Заставь меня.

Вот тебе и сдерживание моих желаний. Два слова. Всего два слова из ее милых, дерзких уст, и я срываюсь. Я поворачиваюсь, и Ривер ахает, всхлипывая, когда я врываюсь к ней и хватаю ее за запястье. Я поворачиваюсь и тяну ее за собой к дивану. Я сажусь посреди всего этого на край, и Ривер стонет, когда я сажаю ее к себе на колени.

Мой пульс стучит в ушах. Моя кожа горит от потребности в ней. Мой член вздымается, утолщаясь между моих бедер, когда ее гибкое, соблазнительное молодое тело ложится поперек моих ног. Без всяких колебаний я внезапно хватаю подол ее маленькой юбочки и высоко задираю его.

Ривер резко выдыхает, и я чувствую, как напрягается ее тело у моих бедер. Мои глаза скользят по гладкой, обнаженной коже ее упругой маленькой попки, разделенной посередине маленькими черными стрингами. Она резко оборачивает голову через плечо, ее глаза вылезают из орбит, а щеки пылают.

— Какого черта ты...

Моя рука опускается с резким, громким шлепком по ее заднице. Если ее глаза не вылезали из орбит раньше, то сейчас они точно вылезают.

— Какого хрена?! — Она извивается, брыкается, как будто может вырваться. Она не сможет. Я крепко прижимаю ее одной сильной рукой. Другую высоко поднимаю. И прежде чем она успевает опомниться, моя раскрытая ладонь снова шлепает ее по заднице.

Ривер визжит. Дыхание покидает ее тело, и, клянусь Богом, я слышу ее стон. Я стону, мой член, твердый как скала, пульсирует у ее живота, когда я поднимаю руку и снова шлепаю ее по заднице. Маленькие тугие шарики дразняще покачиваются. На этот раз она, блядь, стонет. Ее глаза закрываются, рот приоткрывается, и с ее губ срывается стон.

Мой член становится твердым, как камень.

Я двигаюсь от одной щеки к другой, шлепая ее, пока ее задница не становится красной и пульсирующей. Пока мой член не готов прорвать дыру в штанах. Я чувствую, какая она влажная. Я чувствую скользкое, горячее тепло между ее ног, прижатое к моему бедру.

Я стону, хватая пальцами ее стринги и дергая их вниз до середины бедра. Она хнычет, выгибая спину и постанывая для меня. Я снова шлепаю ее по заднице, на этот раз задерживаясь и сжимая тугие мышцы своими сильными руками. Я непристойно раскрываю ее для своих голодных глаз. И я стону, когда мой взгляд скользит по ее блестящей розовой щелочке и маленькой тугой попке.

— Плохая девочка, — рычу я. Она нетерпеливо хнычет.