Сантино схватил меня за шею, ошеломив.

– Я знаю, чего хочу. Я знаю, что чувствую. А ты?

Я сглотнула.

– Я должна выйти замуж за Клиффорда. Ради Синдиката, ты в курсе. Не заставляй меня сомневаться в моем выборе.

Он кивнул и отпустил меня.

– Наверное, дело в Синдикате… или в чем-то другом. Если ты уверена в своих поступках, полагаю, тебе не надо дергаться. Пока.

– Что ты имеешь в виду?

Дверь гостиной распахнулась, и мы резко отпрянули друг от друга, но нас все равно поймали. К счастью, на пороге стояла София. Ее глаза расширились от удивления.

– Простите, что побеспокоила!

Я поднялась на ноги.

– Все в порядке. Не переживай. – Я направилась к Софии. По выражению ее лица было понятно, что подруга волнуется обо мне. Я быстро улыбнулась: – Ты в уборную?

– Ага, – ответила она, взглянув на Сантино, вероятно, до сих пор ничего толком не понимая.

Мы с Сантино пытались сохранить дистанцию, но думаю, что эмоциональный разговор выдал нас с головой.

– Ага, – повторила София. – А ты?

– Я тоже. – Мы взялись за руки и двинулись в гостевую ванную комнату, протиснувшись в дверной проем вдвоем.

София подождала, пока я закрою дверь, а потом выпалила:

– И как долго это продолжается?

Я виновато улыбнулась, хотя после ссоры с Сантино мне хотелось расплакаться.

– С Парижа.

София выдохнула:

– С самого начала.

– Ага.

– Ох, Анна. Почему ты не рассказала?

– Было рискованно разглашать нашу тайну по телефону.

– А как насчет тех случаев, когда мы встречались на вечеринках?

Я пожала плечами, чувствуя себя ужасно.

– Я просто… не хотела сообщать тебе о чем-то, что на самом деле ничего не значит.

София бросила на меня взгляд, который намекнул: подруга считает меня сумасшедшей.

В коридоре послышались шаги, мы резко замолчали. Это стало хорошим напоминанием о том, что мы находимся в особняке Кларков. Здесь мы не были в безопасности, особенно если речь шла о такой деликатной теме.

– Можем ли мы встретиться завтра за бранчем? – спросила я.

– Конечно. Данило все равно будет занят. Но больше никакой лжи, ладно?

Я обняла Софию.

– Обещаю.

София навестила меня на следующее утро. У Данило была встреча с папой в его кабинете, поэтому мы смогли поехать в ресторан. Я обрадовалась, что она пробудет в городе еще несколько дней. Мне требовалась поддержка подруги. Я подумывала о том, чтобы пригласить Луизу присоединиться к нам, но я бы не выдержала поток вопросов от них обеих.

Встречусь с Луизой в другой раз, чтобы поговорить о Сантино. Она и так занята подготовкой к свадьбе, мне не хотелось обременять ее своими проблемами с телохранителем.

Мы с Софией выбрали для бранча бистро, где подавали лучшие бельгийские вафли. Кстати, это было мое любимое заведение. Конечно, Сантино отвез нас туда, поэтому поездка прошла в тишине, за исключением редких фраз между Сантино и телохранителем Софии, который сжимал в руке дробовик.

Сантино оказался достаточно умен, чтобы предоставить нам немного личного пространства, и уселся подальше от нашего столика – рядом с входом в бистро.

Я потягивала черный кофе и ковырялась во фруктовом салате. На следующей неделе мне предстояло помучиться с выбором свадебного платья, поэтому не хотелось рисковать и набрать вес. Не говоря уже о том, что я теперь редко чувствовала себя голодной. Ссора с Сантино и предстоящая свадьба брали свое.

Подруга наблюдала за мной поверх горы горячих вафель, а затем бросила быстрый взгляд на Сантино, к которому присоединился и ее секьюрити. Теперь мы оказались в относительном уединении.

– Ты правда думаешь, что сможешь довести свадьбу до конца?

С каждым днем я все меньше была уверена в этом, но до церемонии оставалось уже пять недель. Место торжества забронировано, приглашения разосланы, ресторан заказан, цветы, торт и украшения выбраны. Не хватало только моего свадебного платья, которое я до сих пор избегала покупать.

Отмена свадьбы вызвала бы серьезный скандал. Кларки будут оскорблены и, возможно, выместят злость на Синдикате. Даже если их возможности для мести ограничены, я не собиралась создавать проблемы ни семье, ни Синдикату. Кроме того, тогда нам с Сантино придется публично сознаться в нашей связи.

Родители были бы, мягко говоря, весьма недовольны.

София вздохнула.

– Ты слишком долго думаешь, Анна.

– Я должна. Я не могу сейчас отступить. Клиффорд хороший. Он красивый, умный, целеустремленный. Подобные качества я очень ценю.

– Наверное. А может, ты будешь сердита на него до конца своих дней, потому что из-за него ты отказалась от любви всей жизни.

Я закатила глаза.