Четырнадцать дней и я исчезну навсегда. Стану тенью Дариуса Бажаева. Его игрушкой. Буду улыбаться в обществе, и рыдать в подушку. И так изо дня в день.

Таково мое будущее. В нем нет ничего светлого и хорошего.

Все, что дорого моему сердцу канет в прошлое. Родители, друзья, брат…Вилен так молод и чист душой. Ему всего шестнадцать. Если я сбегу, плюну Дариусу в лицо, мою семью уничтожат. Начнется война.

Я не принесу гибель всему своему роду. Ни за что.

Ведь Дариус найдет меня. И тогда он не будет добрым и терпеливым. Он сделает меня собачкой на привязи. А Вилена засунет в свой гнилой клуб и заставит угождать во всем.

Там в кабинете, я отчетливо слышала его угрозы. Помню наизусть.

« Тогда твой братец до скончания своих дней будет унитазной крысой в моем клубе »

Боже…

– Виктор, Валентин, выведите всех на улицу!

Я слышу громогласный приказ Дариуса и выйдя из туалета, прижимаюсь к прохладной стене с деревянными панелями.

Прикладываю руку к груди, унимаю неистовое сердцебиение.

– Немедленно! – командует мой жених, стоя рядом с Джабаром.

Джабар – средний брат. Он правая рука Дариуса и сейчас его белоснежная сорочка насквозь пропиталась кровью. На огромных ручищах застыла чья–то жизнь. А под его ногами валяется отрезанное ухо и два пальца…

Никто не обращает внимания. Будто мелочь какая-то.

Боже.

Зажимаю рот ладошкой, чтобы не выдать себя. Но мне так трудно себя контролировать. Не знаю, сколько продержусь. Живот сводит болезненной судорогой.

Входная дверь хлопает за последним гостем. В полутемном зале остаются только Дариус, Даниэль, Джабар и верные советники Дариуса Виктор и Валентин.

– Что произошло? – удивительно спокойным голосом спрашивает Дариус.

Воздух заряжается ненавистью скрытой в нем. Холоден снаружи, горяч внутри.

– Все было нормально, пока я не сел в машину. Чертовы шавки Августа зашли слишком далеко.

Август? Август Ом? Ему–то чего не сидится ровно. Его подпольный бизнес процветает. Никто не покушается на его владения. Мафия против торговли людьми и проституции. Испокон веков это считается недостойным занятием для настоящих мужчин связанных честью и долгом.

– Ублюдок Ома убил твоего водителя. Но узнал я об этом, только отъехав на приличное расстояние от аэропорта. Пришлось вырубить того, кто рулил и запихнуть в багажник, когда он меня захотел порешить на каком–то сраном пустыре.

– Праздник удался! – Даниэль перезавязывает хвостик и приставляет руки к бокам. – Повеселимся с гандоном от души.

– Верно, сказано, братишка. – Джабар похлопывает брата по плечу кровавой рукой. – Веселья будет хоть отбавляй.

– Что ты сделал, Джаба? Кроме того, что оглушил суку? Менты не явятся ко мне утром?

Дариус перекидывает вес тела с одной ноги на другую и взглядом сдирает шкуру с Джабара.

– Черт, Дариус, я хочу напиться за твое здоровье, выкурить парочку колумбийских сигар и снять скальп с мудака. Позволишь? Оставим разговор до утра?

– Нет, – Дариус обхватывает брата за шею, и они сталкиваются лбами. – Мы поговорим сейчас.

Мой каблук не вовремя ломается. Я чересчур сильно сгибаю ногу от волнения, и он хрустит. Нет…

Мужчины одновременно оборачиваются, но я уже на полпути во двор с миллионом лампочек по периметру. Лампочки, как светлячки поблескивают в темноте.

На крыльце я теряю вторую шпильку. Оглянувшись назад, скидываю туфли, сую их под мышки и бегу к раскидистому дубу. Никто не попадается мне навстречу. Все развлекаются по другую сторону дома. Здесь царит тишина.

Слишком пугающая. Как и владелец особняка.

Под темно–зеленой от сумерек кроной выдыхаю. Щекой припадаю к стволу и закрываю глаза. Слезы душат.

Снять скальп, порешить…

Мужчины кланов суровы и очень жестоки. Но я никогда не видела и не слышала их бесед. Они ведутся за закрытыми дверями. И, наверное, неспроста. Женщинам вроде меня, выросшим под классическую музыку и в окружении белых роз, не понять всей сути.

Моя мама говорит, мы хрупкие создания. Рождены, чтобы доставлять удовольствие и приносить красоту в выжженный до черна мафиозный мир.

Но сегодня я сталкиваюсь с ним лицом к лицу. С миром, который я впитала с молоком матери и с генами отца.

– Прекрасный вечер, да?

Мне не нужно открывать глаза. Я знаю, кто находится поблизости.

– Замечательный. – Отвечаю сквозь всхлипы.

– Почему ты не вышла со всеми во двор?

Узкие щелки меж ресничками впускают тусклый свет. Но чем больше позволяю себя ослепить, тем сильнее хочу сбежать.

– Я была в туалете. Это же не запрещено.

Дариус проводит двумя пальцами по щетинистому подбородку. На привлекательном лице, чего греха таить, бесстрастная гримаса.