Агата предчувствует назревающее во мне пламя гнева и одними губами бормочет «не надо». Но я? Я не хотела быть трофейной женой, о которой такие, как эта дрянь будут пускать ложные сплетни. И не буду! Стремительно поворачиваюсь всем корпусом, и Лильен давится кусочком лосося. Стучит по своей оголенной декольте груди и сдавленно кашляет.

– Держите мнение при себе, дорогая Лильен. И не прыскайте ядом от зависти.

– Зависть? Боже упаси! – притворно смеется, покраснев при этом до ярко–багряного цвета. На шее даже белесые пятна проступают. Настолько ее душит «зеленая змея».

– Именно. Вы рассчитывали, что Дариус возьмет в жены вас? – выгибаю одну идеальную бровку. – Этого бы никогда не случилось. Шлюхи никому не нужны. Хотя, извините, нужны. Для мастерского минета и анального секса!

Агата тихонько икает. А моя язвительная собеседница вмиг теряет дар речи, поджимает четко очерченные губы и практически набрасывается на меня удушающим взглядом.

Я при ней одним махом опустошаю бокал с шампанским, дергаю Агату в сторону, и гордо вскинув голову, пересекаю огромный зал по диагонали.

– Ты настоящая тигрица, Ми.

По–детски хихикает Агата, притулившись к моему оголенному плечу. Я внутренне торжествую. Залпы салютов окрашивают мое эго разноцветными искрами. Никогда ничего подобного не совершала. Тем более, не защищала свой навязанный брак.

Со мной что–то происходит. Я чувствую всем хрупким телом. И сегодняшний выход с шашкой наголо, тому подтверждение. Надо подумать о случившемся на досуге.

– О, а вот и девчонки!

Дочка мэра подскакивает на месте. Неудивительно. Ей всего семнадцать. Она маленький ангелок с большими синими глазами и роскошными волосами до самой поясницы.

– Привет! – Агата накидывается на Анжелу и осыпает ее приятностями насчет внешнего облика. Я же, с приветливой улыбкой киваю Ангелине и начинаю искать глазами мужа. Словно уловив мою заинтересованность на ментальном уровне, глядит на меня с расстояния нескольких метров и едва заметно, похотливо улыбается.

Вот же, бес!

Я вспыхиваю за секунду. Каждый миллиметр моей нежной кожи покрывается толстым слоем мурашек. Я прогибаю спину, чуть выставляю попу. Дариус наклоняет голову к груди, голодный взгляд исподлобья разрывает на мне платье и сдирает кружевные трусики. Подмигиваю ему. Он в ответ приподнимает бокал с янтарным виски и, сделав глоток, облизывает блестящие от алкоголя губы. Черт! Мое сердце ритмично ускоряется. Между ног скручивается крошечный узелок…желания? Наверное, оно, раз я воображаю о языке мужа, зарывшемся в мои влажные складочки.

Еще раз, черт!

Дариус расстегивает пиджак и демонстрирует мне черную рубашку с парочкой расстегнутых пуговиц. Темные волоски привлекают все мое наивное внимание. Я мысленно прохожусь глазами по его татуировке «Одна клятва – одна жизнь», обрисовываю буковку за буковкой, потом подцепляю цепочку с крестиком и…мои трусики мокрые. Я только что одними фантазиями довела себя до состояния дикого возбуждения. Как так может быть?

– Эй, Земля вызывает Милену. – Анжела щелкает пухлыми пальцами у меня перед лицом и весь туманный мираж развеивается. – Ты с нами, подруга?

– Извините, я давно не была на благотворительных вечерах. Смотрю, кто здесь есть.

Вру без зазрения совести. Даже нигде маленького росточка укора не прорастает.

– Ой, здесь все такие пафосные. Только твои родители выглядят естественно. – Выразительный голос Ангелины меняет курс моего взгляда. Теперь я ищу маму и отца.

– А вообще почти никого не знаю из присутствующих. Кроме того мерзкого мужика в черном пиджаке, за которого отец хочет, чтобы я вышла замуж.

Мы все дружно концентрируемся на мужчине лет сорока в ужасно безвкусном костюме и ковбойских ботинках. Он что, вестернов пересмотрел? Или лично знаком с Клинтом Иствудом?

– Серьезно? Тебя хотят выдать за этого чмыря? – с ярко–накрашенные голубыми тенями глаза Анжелы округляются до пятирублевых монет.

– Ты шутишь? – выдыхает Геля, забрасывая в рот оливку с канапе.

– Нет. Не шучу. Его зовут Аристарх, кажется.

Агата непроизвольно скукоживается. На лице нескрываемое отвращение.

– Ну и имечко. Я бы даже собаку так не назвала, пожалела кроху.

Анжела фыркает, пуская молнии в Аристарха, а мы втроем с сожалением глядим на малышку Агату.

– В конце лета я вернусь в Европу. Надеюсь, на время отец отстанет от меня с этой дебильной свадьбой.

Мне становится любопытно, почему отец Агаты хочет выдать ее замуж за мужчину старше нее почти на тридцать лет. Их семья вне кланов. Наши законы им чужды. Они обычные люди. Несметно богатые, но в остальном ничем не отличаются от любого другого жителя Лихтинска. Так почему? Насилие над волей, это та же самая тюрьма. Нет шанса сбежать, ведь тогда срок увеличится. Нет сил бороться. Чем рьянее идешь вопреки, тем печальнее исход.

Агата милая, добрая, мечтательная девочка. Она достойна выйти замуж по любви.

Мои глаза находят родителей. Я целую девчонок по очереди, Агате шепчу, что все будет хорошо. Беру еще один бокал с игристым вином и медленно плыву к компании из пяти человек.