– Иди спать. Завтра Виктор или Валентин отвезут тебя к врачу. Сейчас мне нужно работать. Я потратил несколько часов на твои поиски, последствия бойни и должен закончить кое–какие дела.

Опешиваю от прямолинейности. Я для него теперь неприглядный товар. Слезинки виснут на нижних ресничках. Стою и молю мужа переспать со мной, а он равнодушен. И все потому, что я опозорила его, в какой-то степени предала. Я виновата, знаю. Сама навлекла неприятности и подвергла его положение под сомнение.

Я отхожу назад, Дариус вновь утыкается в ноутбук и бегает пальцами по клавиатуре.

– Я все понимаю, Дариус, – впервые зову его по имени, – я не должна была ехать в клуб, не должна была напиваться и вести себя, как шлюха. И поэтому мне плохо. Я будто черную бездну проглотила. Будто во мне не осталось меня, а только зловонная жижа. Прости, я не хотела доставлять тебе проблемы. Обещаю, я постараюсь, вести себя иначе, постараюсь смириться с нашим браком.

Тороплюсь на выход. Шелковый халат будто бы вспыхивает на мне, и я вся горю. Взявшись за ручку, дергаю дверь. Не поддается. Не успеваю охнуть. Дариус легко разворачивает меня и жадно целует, рушит всю мою оборону. Сильные руки не позволяют пошевелиться, а его язык просто обезоруживает…

Я прижата к двери и не могу вздохнуть. Легкие горят адским пламенем. Дариус полностью меня парализует. Проглатывает каждый мой рваный вдох и душит напористым поцелуем.

– Значит, только под страхом смерти к тебе приходят правильные мысли, да, Цветочница?

Вталкивает язык глубже, умело орудует им, лишает меня последних крох кислорода. Даже не замечаю, как поясок халата плавно летит на пол. Скручивается змейкой у ног. Как теплая рука Дариуса скользит под шелковую ткань и ложится мне на бедро.

– Я…я…

Тоненький голосок в буквальном смысле трусливо дрожит. Мой муж жаждал меня слишком долго. И теперь ничто его не остановит. Даже стихийное бедствие. А я и не хочу. Пусть лучше он сделает меня женщиной, чем похотливый ублюдок, желающий свести с ним счеты.

– Ты охуенная. – Чертит пальцами дорожку к моей промежности.

Я мысленно собираю себя в кучу и боязливо прикасаюсь к бицепсам Дариуса. Крепкие, твердые, напряженные. Мышцы подрагивают под моими пальчиками. Этот невидимый ток пробегает по всему моему телу, соски моментально каменеют. Между ног назревает дискомфорт.

Дариус поглаживает мое бедро, поднимается выше, метит изгиб талии и накрывает грудь широкой ладонью. Я шумно выдыхаю. Он увлекает мой язык в долгий поцелуй, посасывает мою нижнюю губу, поддевает верхнюю. И все это время безудержно ласкает мою спину. Кажется, будто он повсюду. Кожа полыхает.

Он не только властный босс, но и бог поцелуев. Внизу живота расплавляется незнакомое ощущение, разливается мучительный жар. Дариус еще ничего толком не сделал, а я? Уже плавлюсь, уже сдаюсь.

– Ах! – приглушенно вскрикиваю, когда он сжимает меж пальцев до боли чувствительный сосок. Боже, я словно оголенный нерв. Каждое прикосновение – мощный разряд.

Закрываю глаза, а Дариус скользит губами по моей шее, поддевает языком ключицу, обводит розовый ореол и втягивает в рот сосок. Я выгибаюсь ему навстречу, ноги подкашиваются. Не могу себя контролировать. Попросту не знаю как. Он мучает назревшую вершинку, кусает, лижет, обдувает горячим дыханием. Через секунду второй сосок подвергается дьявольской пытке. Я уже не в силах стоять.

Дариус чувствует мою слабость, подхватывает меня под попу и несет на диван в центре кабинета. Укладывает на лопатки и нависает сверху. Черная прядка спадает ему на лоб, в глазах горючая похоть. Я замираю. Пульс зашкаливает. Смотрю на мужа, который любуется мной свысока, и боюсь сделать вдох.

– Раздвинь ноги.

Рокочущим голосом приказывает он. Я молчаливо повинуюсь. Дариус вдыхает через нос, а я краснею от его потемневшего взгляда, направленного на мою киску. Мечтаю спрятаться. Но спрятаться некуда. Он облизывает собственные пальцы, касается ими моих блестящих складочек, водит не спеша вверх–вниз и нахально улыбается.

Я становлюсь безумно мокрой за считанные минуты. Но когда он задевает набухший клитор, легонько сдавливает его, влага струйками стекает по моим бедрам. Дариус победно усмехается, наклоняется, слизывает ее горячим языком. Раздвигает складки пальцами и с жадностью впивается в разгоряченную плоть. Я громко ахаю, завожу руки за голову, приподнимаюсь над диваном. Он стискивает мои груди и мучает изнывающие от пыток соски. Снова и снова. Раз за разом: язык, руки. Руки, язык.

Дариус везде. Я в его плену.

Ною, ёрзаю, а он вылизывает меня, сладко причмокивает, не позволяет перевести дух.

– Как я и думал, охуенно вкусная.