– Расслабься, детка, – шепчет Шон, касаясь легкими поцелуями моей руки. Он приподнимает меня так, что нижняя часть туловища лежит на плоту, а верхняя – на нем. Шон улыбается мне, в его глазах виден один голод. Он слегка приподнимается и обхватывает губами мой сосок. Я смотрю на него, снедаемая ощущением его тела, крепких мускулов и его красотой. Я вздрагиваю от нежных прикосновений к своей спине, прекрасно осознавая, что меня касается Доминик.

Доминик касается меня.

И я этого хочу.

Трепеща от удовольствия, которое приносят мне эти ласки, я поворачиваюсь к Доминику лицом и вижу, как он молча и спокойно за мной наблюдает.

Его густые волосы взъерошены, и пальцы у меня ноют от желания зарыться в них. Я опускаю взгляд на его полные губы, а Шон тем временем тянет за сосок. Задыхаясь от удовольствия, я скольжу взглядом по телу Дома: он – сплошные твердые линии, четкие контуры, олицетворение совершенства, вырезанное по божьему чертежу. Однако он слишком соблазнительное яблоко, и если я приму хотя бы кусочек, то меня опутают чары, с которыми я вряд ли смогу справиться.

Но я хочу этот кусок.

Забывшись от этого притяжения, Дом прекращает движения рукой, и мы дышим в унисон.

И в этот миг я ощущаю, как между нами происходит какой-то надлом. Дом приподнимается, я наклоняюсь – и наши губы соединяются.

От соприкосновения по телу пробегает мелкая дрожь.

Шон стонет, как будто тоже это чувствует, и пододвигается к другому соску, жадно втянув его в рот. Когда Доминик скользит языком по моим губам и запускает руку в волосы, снова раздается раскат грома. Он страстно целует меня, уверенно лаская и исследуя, пробуя на вкус каждый уголок моего рта. Я издаю стон от этого пьянящего поцелуя. Шон накрывает губами мою грудь, лаская каждый миллиметр кожи. Доминик останавливает наш поцелуй, но крепко держит руками мою голову и не сводит с меня глаз.

Я хочу этого. Хочу сильнее следующего вздоха. От волшебных касаний Шона у меня вырывается громкий стон, а в глазах Доминика вспыхивает огонь, и он снова притягивает меня к себе, чтобы поцеловать. Этот поцелуй глубже, сильнее… просто сильнее. Я чувствую себя сексуальной и прекрасной сиреной, которой они поклоняются. Я никогда не обладала такой силой, и ее мне подарили они.

Это выбор. Я могу остановиться в любой момент. Могу остановиться хоть сейчас.

Шон в нежной ласке водит пальцами по моему телу, пока Доминик усыпляет мою бдительность поцелуем с языком. Я могу вечность провести за поцелуями с этим мужчиной. Они пылкие, соблазняющие, требовательные – и чувствуется в них еще что-то. Простонав, я отодвигаюсь от него и удивляюсь своему нежеланию, чтобы это заканчивалось. Взгляд Доминика полностью отражает обескураживающее ощущение в моем теле – наша связь преисполнена возможностями.

Еще один раскат грома, еще один поцелуй с Домиником, которым он, кажется, доволен, словно исполняется его самое заветное желание. Шон водит языком по моим соскам, держит за попу и, раздвинув мои ноги, трется набухшим членом. Осознавая, что происходит, я чувствую, как пульсирует клитор. Пульсация становится размеренным гулом, а потом буйством. Слабое подозрение начинает пробуждаться, как от глубокого сна.

У меня есть вопросы, много вопросов, но спросить не удается, поскольку Доминик быстро прерывает поцелуй, садится, а потом тянет меня к себе на колени, чтобы я села на него верхом. Несколько секунд мы смотрим друг на друга, но затем Дом наклоняется и завладевает моим ртом полностью. Поцелуй становится пылким, я задеваю грудью его крепкие мышцы, и Дом стонет мне в рот. Этот поцелуй вдруг полнится страстью, жаждой и кажется бесконечным. Я не могу от него оторваться, даже осознавая, что за нами наблюдает Шон. Языки сплетаются, руки жадно рыщут. Отодвинувшись друг от друга, оба учащенно дышим, в глазах виднеется прозрение. Я чувствую, что он видит мое, и знаю, что увижу в его глазах то же самое. Его прикосновение, его близость, его поцелуй напоминают, будто я окружена холодным темным облаком, в котором теперь с удобством обитаю.

Впервые после знакомства с Домиником я по-настоящему хочу узнать, кто он такой и почему его поцелуй вызывает у меня такие чувства. Затаив дыхание, ощущаю, как с моего плеча убирают волосы, а потом Шон впивается в него зубами и касается языком. Он сидит за моей спиной и неспешно водит руками по телу, словно времени у нас предостаточно.

Гром шумит уже рядом, и я понимаю, что стоит беспокоиться из-за приближающейся бури, но не могу перестать смотреть на Доминика. Он еще ждет моего решения. И видит его в ту же секунду, как я его принимаю. Но я выражаю ответ в действии и трусь о набухший в плавках член.