Она рассказала нам с Каей об этой затее, когда мы проводили время вместе, пока мужчины были в Калабрии. Девушка, посоветовавшись с Домиником, решила, что было бы неплохо устроить благотворительный вечер для сбора средств для детских приютов, принадлежащим нашему штату. На самом деле, они были достаточно богаты, чтобы оплатить всё самостоятельно, но им хотелось, чтобы другие люди, связанные с мафией, политикой и бизнесом внесли свой вклад в это и слегла почистили свои грешные души.

Нам всем понравилась эта идея и поэтому мы стояли здесь, как её маленькая группа поддержки, пока тот, кто на самом деле вселял в неё уверенность стоял немного позади Авроры. Рука Доминика лежала на её спине и не особо внимательные люди ничего не замечали, но я видела, как его плечо вместе с красным пиджаком слегка шевелилось, говоря о том, что он поглаживал её спину, напоминая, что был рядом с ней и являлся её опорой на каждом шагу.

Я была слабостью Доминика. Аврора – его силой.

– Никого достойнее их нет, – гордо выдохнула Кая.

Я мельком глянула на неё. Её голова лежала на плече мужа, а цвет платья сливался с чернотой пиджака мужчины и казалось, что они были одним целым.

– Талия никогда не была ему парой, – добавил Кристиан, привлекая моё внимание. – Но нам больше не нужно переживать об этом, – намёк в его глазах и тоне голоса не ускользнул от меня, поражая тело током, когда он кинул взгляд в сторону брата, а затем снова отвёл глаза к сцене.

Рука Себастьяна на мгновение ухватилась за меня сильнее обычного, доставляя немного боли, после расслабилась и вовсе отпустила. Голова метнулась вправо, чтобы проследить за ним. Желваки на лице мужчины двигались от сжатия челюстей, но он промолчал, не ответив младшему брату.

Я потянулась, чтобы снова взять его за руку, но он ловко увернулся и, найдя в себе секундную ласку для меня, прошептал:

– Я сейчас вернусь.

Себастьян изменился в лице, и мне показалось, я заметила дрожь в кистях его рук, когда он развернулся и пошёл на выход.

Кристиан труп.

Гнев разлился по всему моему телу. Я забыла о людях, собравшихся вокруг, и даже о речи Доминика и Авроры, потому что развернулась в сторону супружеской пары, стоящей сбоку от меня, и запустила в Кристиана свой грозный взгляд, который он сразу же ощутил на себе.

– Как долго ты собираешься делать это? – прошипела я.

Мужчина сузил глаза, глядя на меня. Кая оторвала от него свою голову и выпрямилась на месте.

– Ведёшь себя, как маленький обиженный ребёнок. Не только он один виноват в том, что случилось. Ты тоже причастен к этому. Мы! – призналась я.

Я не кричала, чтобы не привлекать внимание толпы, но мой голос выдавал ярость и злость, что я испытывала по отношению к Кристиану на данный момент.

Прошло столько времени, а он продолжал винить Себастьяна во всех несчастьях, которые ему пришлось пережить.

– Джулия, – девушка выставила руку перед собой, когда я приблизилась на шаг ближе к ним, чтобы говорить ещё тише.

– Хватит, Кая, – огрызнулась я. – Я не собираюсь трогать нежное сердце твоего мужа.

Я, правда, не собиралась обижать Кристиана своими словами, но ему пора было понять, что таким способом он не избавится от боли, которая продолжала сидеть внутри него, даже после появление женщины в его жизни.

Любовь не была лекарством от всех бед, но она исцеляла людей.

Поэтому, несмотря на то что Талия не вернулась к нему, он чувствовал себя лучше рядом со своей женой. Кая не являлась заменой и не затыкала дыру в его сердце. Она дарила ему искренность, и он учился отвечать взаимностью. Кристиан столько лет прятал свои чувства, что наблюдать за тем, как он без страха и стеснения любил свою женщину, было волшебно.

Но я собиралась надавить на больное, чтобы он наконец понял – гибель Талии произошла из-за череды ошибок, созданной нами в прошлом.

В прошлом.

– Ты его не знаешь, – ответил мужчина.

– Нет, это ты его не знаешь.

Нам пора было начать жить настоящим и тем, что мы могли потерять в будущем из-за того, что убивали прямо сейчас.

– Ты знаешь, что это не помогает, – сбавив пылкость, спокойно добавила я. – В какой-то момент вина захлестнёт тебя и хуже всего, если это случится, когда ты потеряешь его. – Я знала о чём говорила.

Глаза Кристиана выдавали его желание задушить меня, потому что я ковырялась в его ране, но он знал, что я говорила правду, о которой все вокруг молчали.

Ему будет больно прощаться с Себастьяном.

Может их связь была разрушена, но братская любовь продолжала прятаться где-то в глубине, изредка напоминая о себе. Они уже знали боль утраты, и встретиться с ней вновь было бы разрушительно для одного из них.

– Подумай об этом, когда вытащишь свою голову из дерьма обиды, в которой ты себя закапываешь.

– Джулия, – грознее предупредила меня Кая.