Сердце застучало в моих ушах, и я взглянул на девушку передо мной.

Мою жену.

Джулия была самым милым созданием, на которое мне было позволено смотреть, и самой большой обманщицей, которую мне посчастливилось узнать.

Но сейчас она не лгала. Я был тем, кому она никогда не врала, и я знал это наверняка. Она доверяла мне свои самые потаённые страхи, потому что знала, я не буду хранить их. Я избавлю её от них.

Точно также, как она делает это со мной. Каждый день, что мы вместе, борясь за меня. За мой, поглощённый тьмой, разум, холодное, еле живое сердце и искалеченную душу.

Она не боялась. Значит и я не буду.

– Потому что мы особенные, Джулия.

Девушка пристроилась на сидении и единственной одеждой на ней оставались её трусики и туфли. Она приложила одну руку к груди, не прячась от меня, потому что я и так чуть ли не съел её, не то, что просто видел её, а играясь и заводя на больший контакт с ней.

Я опёрся одним коленом на сиденье и стал возвышаться над ней. Затем подогнул её колени, провёл руками по напряжённым икрам и поочередно расстегнул каблуки, которые моментально с грохотом приземлились вниз.

– Кто-нибудь уже делал это с тобой? – не сдержавшись, поинтересовался я.

Меня не должно было волновать, были ли у неё мужчины до меня и лучше бы мне было этого не знать, но я всё же спросил.

Джулия отменно целовалась, и кто-то до меня научил её этому. Если бы я был первым, тогда на кухне она бы опешила и не успевала бы отвечать мне, но её губы с такой же скоростью и напором проходились по моим, поэтому я знал, что она уже получила свой личный опыт.

– Да, – игриво улыбнувшись, ответила она.

Я тяжело сглотнул.

Сукин сын.

Но это не отнимало моего шанса стать её последним.

Я занимался сексом реже любого среднестатистического мужчины, поэтому к двадцати шести годам набрался опыта, которым владели парни, достигая восемнадцатилетия, меняя своих девушек как перчатки.

Секс всегда был противен. До Джулии я не знал желания быть поглощенным кем-то.

Я стянул с неё трусики, оставляя её полностью голой передо мной, когда в салоне было темно, но у меня всё же получалось различать изгибы совершенного тела этой девушки. Совершенного для меня. Другие люди, увидев её, могли найти в нём тысячи изъянов, но дело в том, что никто никогда не позволит им увидеть Джулию такой.

Её фантастическая красота была моей.

И единственное, что осталось на ней – кулон, свисающий между её грудей.

Мои губы коснулись внутренний стороны её бедра, до которой я мог дотянуться, и мне бы хотелось продолжить путь, но какой бы широкой не была машина, в таком положении мне было в ней мало места.

– Разве ты не должен спросить кто?

– Нет, – напоследок прикусив её кожу и протянув руку, чтобы достать презерватив из кармашка на сиденье, ответил я. – Я буду зол, если узнаю.

Я хранил их здесь на всякий случай, даже не смотря на то, как редко занимался сексом. А в машине особенно никогда. Но перестраховка никогда не была лишней.

– На меня? – спросила Джулия, попытавшись сжать бёдра, но я оставался между ними и не позволил ей сделать этого.

Злиться на неё? Я не знал, было ли это возможно.

– Себастьян? – игривость пропала из её тона.

– На себя.

Девушка нахмурилась, когда я разорвал упаковку и натянул защиту на свой пульсирующий член.

– Потому что я позволил кому-то другому заметить твою драгоценность раньше себя, будучи дураком.

Я склонился нал Джулией, когда её губы разрывала солнечная улыбка.

Почему она…?

– Спроси кто, – настойчивее попросила она.

Мой кончик соприкоснулся с её входом, и я сжал челюсть

Ей точно хотелось поговорить об этом именно сейчас, когда я уже почти был в ней и дарил ей второй оргазм?

– Нет, – твёрдо ответил я, завладевая её губами.

Но уже который раз, Джулия не собиралась просто так отпускать меня.

Она прикусила мою нижнюю губу, ухватившись за мои щёки.

– Ты, в моих фантазиях, – призналась она. – Я же уже говорила тебе. Я всегда хотела, чтобы всё это со мной сделал только ты, Себастьян.

То, как она произносила моё имя. Господи.

Я ухватился одной рукой за дверь, чтобы держать себя на весу и не задавить её, а вторую запустил в её золотисто русые волосы, на которых отражался свет фонарей.

Джулия была девственницей. Формально.

Но её разум был извращён, и я был частью каждого тёмного сценария, придуманного им. Я собирался познакомиться с миром в её голове и узнать, совпадал ли он с моим.

Я стал медленно входить в неё. Наше горячее дыхание опаляло друг друга, и девушка зажмурилась от дискомфорта, который я приносил ей.

– Мне не нравится заниматься сексом, Джулия. Но не с тобой.