Мы выехали на пустую трассу, и я мельком посмотрел на сестру, замечая, что она вытерла свою окровавленную ладонь о платье, которое доходило до пола, полностью пряча её ноги, и оставила на нём следы. Она смотрела вперёд, словно заворожённая и продолжала молчать.

– Джулия! – рявкнул я, получая от неё ноль эмоций.

Я ещё никогда ранее не говорил с ней на повышенных тонах и чувствовал неприязнь к самому себе за то, что позволил себе сделать это прямо сейчас.

– Ты слышишь меня? Джулия?

Девушка рядом со мной никак не реагировала, поэтому я резко остановился, заставляя её тело колыхнуться вперёд. Её рефлексы сработали, и она выставила руку, останавливая себя от удара, а затем её голова, с широко распахнутыми глазами, повернулась в мою сторону, как будто у меня наконец получилось достучаться до неё.

– Я убила его? – повторила она свой вопрос, заданный, когда мы ещё были в комнате.

– Нет, я же сказал тебе, – напомнил я. – Ты что, не слышала меня?

Джулия покачала головой, говоря мне «нет», а затем осмотрелась по сторонам.

– Где мы?

– Я везу тебя домой, – объяснил я.

– Нет, – отрезала она. – Разворачивай машину.

– Я понимаю, ты злишься, но я постараюсь объяснить тебе всё позже.

– Злюсь? – переспросила она.

Я тяжело вздохнул, не зная, что сказать. Все слова вылетели из моей головы, и я впал в ступор. Мне нужно было скорее вернуться к Авроре, но и Джулию я оставить не мог, потому что она чувствовала себя ужасно. Они разрывали меня пополам.

– Я разочарована в тебе! – прокричала Джулия, разводя руки в стороны.

Она распахнула дверь и выбежала из автомобиля, я сделал тоже самое, и мы оказались на улице. Моя машина стояла посередине дороги, но здесь было пусто, поэтому мы никому не мешали. Фонари были единственным источником света, так как на улице потемнело, и время близилось к полуночи.

Девушка тяжело дышала, стоя в пару метрах от меня, но её глаза блестели от злости.

Я не думал, что она настолько сильно разозлиться на меня.

– Ты разочарована во мне?! – яростно прокричал я, вскинув руками. – Это всё ради тебя! Я защищаю тебя!

– От кого? – со смехом спросила сестра. – От Авроры? Ей самой нужна защита!

– Я знаю, что из-за неё ты покинула Сакраменто! – прорычал я. – Ты вечно скрываешь от меня свои проблемы, и я узнаю от других людей, с чем тебе приходиться сталкиваться. Но, пойми, Джулия, она бы никогда не сделала этого. Ей что-то двигало! Она бы не причинила тебе боли по собственной воле. Я знаю её. Просто поверь мне, – попросил я.

Я учащённо дышал, смотря на омрачившее страхом лицо сестры. Она застыла на месте, её брови больше не хмурились от злости на меня, и она снова молчала.

– Я не позволяю себе открыто любить её, чтобы не ранить тебя! Ты и так настрадалась, и я не могу разбить тебе сердце своим выбором, но я больше не могу представить своей жизни без неё. Без неё и без тебя, – исправился я. – Я пытался причинить ей боль, чтобы отомстить за тебя, но… Я не могу, – честно признался я. – Я больше не могу.

– Что ты натворил, Доминик? – прошептала Джулия, прикладывая кончики своих пальцев к губам, смотря мне в глаза.

– Я всё всегда делал только ради тебя одной. Только ты была важна для меня, и я не думал, что кто-то сможет встать с тобой наравне, хотя… Я не думаю, что вы наравне, – признался я.

Всё-таки я выбрал Аврору, несмотря на чувства Джулии. Я предал её.

– Я даже представить себе не мог, что кто-то ещё залезет в моё сердце и голову, оставаясь там насовсем. Я думал, это пройдёт. Правда верил в это. У меня было целых полгода, но это не проходит, Джулия. Она не выходит из моей головы. Она не отпускает меня.

Я говорил не об Авроре, а о любви, которая родилась между нами.

– Но всё это, потому, что я не хочу, чтобы она исчезала. Мне больно каждую минуту, что я провожу вдали от неё. Я пытался внушить себе ненависть к ней, но как это возможно? Я обрёл то, о чём и не мечтал, потому что думал, что моей самой большой любовью в этой жизни будешь ты, но потом появилась она, хотя всегда была рядом со мной. Может, если бы я раньше заметил её, это бы не произошло между вами. Но я постараюсь всё уладить, – уверил я. – Она искренне раскаивается. Ей жаль. Я прошу тебя понять меня, Джулия. Я люблю её.

В моих лёгких закончился воздух, потому что я говорил это, не останавливаясь, чтобы вздохнуть. Слова искренне лились из меня. Я не соврал и не придумал ничего, чтобы сделать свой рассказ более жалостливым для сестры, а говорил так, как есть. Я должен был быть честен с ней, чтобы она приняла мой выбор. Я больше не собирался врать ей.

– Доминик, – прошептала девушка, медленно отнимая руку от своего рта и протягивая её в мою сторону, будто останавливая поток моих слов. – Я рада за вас.

Я опешил, услышав её слова.

Моя речь настолько тронула её, что Джулия решила стереть свою память и боль?

– Рада? – переспросил я, сомневаясь в том, что услышал.