Проходя мимо письменного стола, я схватила ручку с металлическим наконечником – единственный предмет, который могла использовать в качестве оружия. Всё лучше, чем надеяться на свои кулаки.

Каблуки моих прогулочных ботинок сильно ударялись о пол. Было слишком поздно, чтобы вести себя тихо. Мы оставили позади молчаливую часть нашего поединка несколько часов назад. И за всё это время он меня ещё ни разу не поймал. Я перепрыгнула сразу через несколько ступенек, чтобы побыстрее оказаться внизу.

Внезапно меня резко схватили за волосы и потянули назад.

О нет!

Сайлас намотал мою косу на руку и сильно дёрнул за неё.

Я закричала, столкнувшись с ним.

– Сайлас, два. Алина, н…

– Один! – крикнула я и проткнула кончиком ручки его бедро, хоть ненадолго избавляясь от его хватки.

Я не была уверена, что именно означал последовавший за этим животный выкрик: боль или возбуждение. В тот момент мне было некогда задумываться об этом.

Спустившись ещё ниже и перепрыгивая через перила, я побежала к задней двери, ведущей в сад. Я была уже на полпути к теплице, когда кто-то с силой повалил меня на землю.

От удара мы прокатились несколько метров по траве, запутавшись друг в друге, ни на секунду не переставая царапаться и кусаться.

Единственный раз, когда мы с ним смогли перевести дух, был, когда я запустила ему в шею ржавым садовым совком.

Всё, что ему пришло в голову сделать в ответ, – это обездвижить меня, усевшись на меня верхом.

Наконец наступил такой момент, когда мы уже не знали, что делать дальше.

Пар от нашего дыхания сливался в единое целое, а затем растворялся в воздухе.

Сайлас выглядел злым, но, по крайней мере, уставшим.

Я была благодарна ему за это, так как сама изнемогала от усталости после стольких часов противостояния.

– Когда… ты наконец признаешь… что я не уступлю? – вздохнула я, мои красные пальцы обхватили рукоятку лопаты, прижимая её к его коже.

– Уступишь, – устало выдохнул он. Переведя дыхание, он откинулся назад, упёршись руками в бока, глядя на меня сверху вниз, словно решая, что нам делать дальше. Из-за пасмурного света эти жестокие серые глаза казались ещё ярче и расчётливее.

На этой неделе мне предстояло видеть эти глаза каждый день и единственное, что меня успокаивало, – это надежда на то, что совсем скоро я увижу их в последний раз на серебряном блюдечке с голубой каёмочкой.

Он впечатал меня грудью в стену коридора возле моей комнаты, раздвинув мои ноги своим ботинком.

– Что у нас тут? – он прижался ко мне бёдрами, одной рукой крепко обхватив сзади мою шею.

Сегодня он застал меня во время переодевания.

На мне была лишь тонкая белая нижняя юбка и лиф-чехол без рукавов, что выглядело несколько более откровенно, чем мне бы хотелось, поскольку мне было некуда спрятаться от его изучающего взгляда.

Сайлас приподнял сзади мою юбку и уставился на голую кожу. Вдруг он схватил меня за ягодицы и сжал.

Я вздрогнула от прикосновения. Горячая струйка побежала по ноге.

– О, я чувствую себя так, будто только что нашёл дорогу в Эльдорадо, – сладко прошептал он. – Теперь всё это начинает иметь определённый смысл. Почему ты не сказала мне, что у тебя дни малинового варенья? – он вёл себя глупо, по-детски.

Не будь таким инфантильным.

Он позволил капле соскользнуть по моей ноге и коснуться пола, слившись с красным персидским ковром.

– Ах, как нехорошо с моей стороны преследовать тебя в таком состоянии! – прозвенел его голос у меня над ухом. – Но для начала, если хочешь получить удовольствие, выплюни то, что у тебя во рту, – потребовал он, протягивая ко мне руку в перчатке.

Я бросила на него испепеляющий взгляд, а затем медленно выплюнула маленький стеклянный пузырёк в его ладонь.

– Я так и знал, что там что-то есть. Это была бы не ты, если бы тебе в голову не пришла одна из твоих штучек, – поддразнил он, прежде чем засунуть пузырёк в карман и снять зубами перчатку.

– Что ты делаешь? – спросила я, упираясь ладонями в стену, но он схватил меня за шею и прижал мою щёку к обоям.

– Пытаюсь быть джентльменом, конечно же, – тихо прошептал он мне на ухо, приподнимая ткань моей юбки и тем самым обнажая меня спереди. Его пальцы нежно ласкали мою попу, прежде чем углубиться в мою интимную зону.

– Нет! Сейчас же прекрати это! – суетилась я.

Его указательный палец мягко надавил на вход во влагалище.

Дыхание сбилось, и я снова прижалась к его груди. Это животное прикасалось ко мне в самый неудачный момент. Почему он решил, что это облегчит моё недомогание?

Его палец легко проскользнул внутрь, смазанный свежей кровью.

– Сайлас, пожалуйста, вытащи его, – умоляла я, всё моё тело напряглось от дискомфорта, как внутри, так и снаружи.

Он добавил второй палец и нежно двигал ими внутри, упираясь в набухшие стенки влагалища.

Моё тело резко вздрогнуло, а голова откинулась назад.