На этих словах Леви поднялся с постели, не стесняясь своей наготы. Обернулся и добил меня своими словами:

— Если ты не согласна с таким стечением обстоятельств, то можешь оставаться здесь, ныть в подушку ночами и придаваться воспоминаниям и сожалениям, Илона.

Внутри меня от предложения Леви всё напряглось. Я нахмурилась и принялась думать. О том, что мне действительно хотелось: идти на поводу своей гордости и ждать от Леви первых шагов? Но я ведь уже слышала от него в свою сторону то, что истинный не любил меня, то, что его устраивал лишь секс со мной... Получалось так, что добиться от него взаимности на расстоянии было невозможным. Но, если я поеду в особняк, и мы будем видится с Леви... Тогда, возможно, бесчувственный истинный поймет мою значимость в своей жизни.

Я улыбнулась одним уголком губ и кивнула парню, что уже оделся и хмуро взирал на меня.

– Ладно, я поеду в поместье, – произнесла я.

– Ну и супер. Собирай свои шмотки, я жду в машине.

Он резко развернулся и покинул мою комнату, оставляя меня с открытым ртом. То есть, мы даже не позавтракаем вдвоём?..

Ох, Илона, на что ты надеешься, вообще...

Умывшись и собрав свои вещи, я вышла из дома, закрыла его на ключ, после чего вышла за забор. Леви стоял у своей машины и курил, что-то печатая в телефоне. Он заметил меня сразу, кивнул на пассажирское сиденье и, выкинув сигарету, сел за руль. От этого я поджала губы, понимая, что помогать мне с сумкой он был не намерен. В итоге, мне пришлось самой заталкивать её в багажник. Это меня немного ранило. В любом случае, я являлась хрупкой девушкой, а он мощной верзилой. А вёл себя хуже всех!

Мне не следовало отчаиваться. То, что Леви предложил мне видеться с ним периодически, уже значило многое, на самом деле. Первый шаг к нашему общему будущему был сделан.

Когда я села в салон автомобиля, он тут же сорвался с места. Я принялась скорее пристёгиваться, потому что машина Леви ехала куда быстрее, чем в прошлый раз от торгового центра. Тишина напрягала, и тогда я попросила:

– Можно включить музыку?

– Нет.

– Но почему?

Послышался тяжёлый вздох, и я залипла на профиле любимого парня. Так и смотрела на него, отмечая расслабленное лицо, а ещё руки, что так уверенно держали руль. Всё в этом мрачном парне мне нравилось без исключения. Хотя нет, был один такой минус – его чёрствый характер.

– Долго ты ещё будешь пялиться на меня?

– Прости, – я резко отвернулась к своему окну, покрываясь краской. От одного воспоминания, чем мы занимались ночью, я почувствовала, как низ моего живота напрягся. – Мы можем включить музыку? Пожалуйста...

Почему-то мне казалось, словно в тишине моё состояние легко разгадать, а именно то, что я вновь безумно захотела Леви. Чёрт, да я с ума сходила от нахождения тут! Рядом с ним в таком тесном пространстве!

Но ничего не вышло. Он не врубил магнитолу, заставляя меня ёрзать на сиденье всю дорогу до Пагры. А это было очень долго! Лучше бы мы полетели на частном самолёте, как предлагала миссис Рахель. Но спасибо моему истинному, что через несколько часов мы остановились у какого-то кафе. Леви купил себе обед, но про меня не подумал. Мне пришлось сжать зубы от обиды и самой быстро покупать еду, когда парень уже завёл тачку, собираясь ехать дальше. Я всеми клеточками тела ощущала, что всё в Леви менялось. Он начинал явно уставать от моего присутствия, часто хмурился и тяжело дышал.

Я подумала, что так на нём сказывался голод, однако это было что-то другое. Потому что, когда мы поели, настроение истинного не изменилось. Казалось, стало только хуже. И в какой-то момент он остановил машину на обочине.

Был уже вечер, солнце садилось за горизонт, из-за чего поле, что мы проезжали, выглядело восхитительно. Всё оно окрасилось в розовые и оранжевые тона, вызывая внутри меня восторг. Мне хотелось сделать снимок на память, и, конечно, я потянулась к ручке дверцы, подумав, что Леви остановился, чтобы сходить в туалет.

Но внезапно истинный заблокировал двери, выхватил мой телефон, кидая его в бардачок, а потом схватил меня за волосы, разворачивая в свою сторону.

– Что ты... – я не договорила. От шока потеряла дар речи, когда Леви принялся расстёгивать свои джинсы, подтягивая за волосы мою голову к своему паху.

Всё внутри меня заледенело, несмотря на мою любовь к парню. Это не нравилось мне, такое вот отношение!

– Леви, отпусти, мне больно...

– Давай, Илона, ты же любишь меня, сделай это.

– Нет, – я сглотнула ком в горле, покрываясь мурашками. Руками упёрлась в его бёдра, пытаясь отстраниться.