— Ясно… — прошептала я, чувствуя, как внутри меня разгорается настоящая буря противоречивых эмоций.

— А ты хочешь разорвать нашу… связь? — в его голосе послышалась такая боль, что у меня защемило сердце.

— Не знаю, — честно призналась я, пожав плечами. Моё сердце разрывалось между желанием быть с ним и страхом перед прошлым.

Решив, что больше не могу оставаться в этом напряжённом молчании, я посмотрела на часы и поняла, что пора уходить. Я начала снимать рабочую рубашку под его пристальным, немигающим взглядом. Собрав вещи в рюкзак, я направилась к лестнице, чувствуя, как его глаза следят за каждым моим движением.

— Рейна, могу я подвезти тебя до дома? — тихо, почти шёпотом, спросил альфа, его голос звучал так нежно и в то же время так отчаянно.

— Думаю, не стоит, — ответила, не оборачиваясь.

Середина февраля встретила меня промозглым ветром и противоречивыми чувствами. Уже больше двух недель как моя жизнь изменилась навсегда — метка истинности на запястье пульсировала напоминанием о той особенной связи, что возникла между мной и Грэем.

Работа подходила к концу — оставались лишь последние штрихи, пара дней кропотливой работы над деталями. Сегодня я намеренно растягивала время, словно боясь отпустить то, что начало рождаться между нами…

Наши встречи стали ежедневными. Грэй появлялся в больнице с неизменным капучино, молча наблюдал за тем, как я рисую, и между нами, несмотря на напряжение, рождалось что-то новое, почти родное. Это напряжение, которое раньше казалось невыносимым, теперь стало частью нашего существования, и, честно говоря, я начала привыкать к его присутствию.

Но сегодня альфы не было. Ни вчера, ни позавчера… Его отсутствие оставляло в душе странную пустоту. Возможно, именно поэтому я так долго задерживалась, заканчивая работу в полупустом здании. Часы показывали восемь вечера.

С тяжёлым вздохом я начала убирать свои вещи. Переоделась, попрощалась с охранником и вышла в холодный февральский вечер. Морозный воздух обжёг лёгкие. Решив прогуляться, я направилась домой пешком, погрузившись в свои мысли.

Тоска накатила внезапно, словно холодный туман, окутав душу серой пеленой. Сама не понимая причин своего состояния, я машинально свернула к парку. Пустынные аллеи, редкие прохожие — всё это словно подчёркивало моё одиночество…

Я опустилась на качели, и какое-то время просто раскачивалась, погруженная в свои мысли. Будущее казалось размытым и каким-то неопределённым.

Что, если Грэю надоест ждать? А вдруг он уже устал и уехал, навсегда покинув этот город? Вернулся домой… И больше никогда не вернётся сюда.

Эти мысли острыми когтями впивались в сердце, разрывая его на части.

Первая слеза предательски скатилась по щеке, за ней вторая, и вот уже слёзы потоком хлынули из глаз, размывая окружающий мир. Я опустила голову, не в силах сдержать эту бурю эмоций. Холодный февральский ветер обжигал мокрые щёки, но я не замечала его.

Внезапно тишину разорвал звук шагов. Кто-то остановился рядом. Я подняла глаза и встретилась с обеспокоенным взглядом Грэя. Он опустился передо мной на корточки, его лицо выражало искреннюю тревогу.

Тёплые руки обхватили мои заледеневшие ладони.

— Что случилось, Рейна? Почему ты плачешь? — его голос звучал мягко, с ноткой тревоги.

Я не смогла ответить. Только всхлипнула, а затем, поддавшись порыву, бросилась в его объятия, повалив нас обоих на землю. Его сильные руки тут же сомкнулись вокруг меня, защищая, согревая, даря то чувство безопасности, в котором я так нуждалась сейчас…

— Где ты был?.. — мой голос прерывался от рыданий, каждое слово давалось с трудом.

— Мне нужно было съездить домой… Что случилось?.. — его голос звучал обеспокоенно.

Я уткнулась в его шею, шмыгнула носом и, не сдерживая эмоций, прорыдала:

— Не делай так больше. Не оставляй меня…

Так мы и остались лежать на снегу — я, рыдающая в его объятиях, и он, нежно поглаживающий меня по спине и голове. Его прикосновения были такими тёплыми, такими успокаивающими.

— Прости меня. Больше не оставлю никогда. Я люблю тебя, Рейна, — прошептал он так тихо, что я едва расслышала эти слова сквозь свои всхлипы.

В этот момент все сомнения окончательно рассеялись. Да, у нас было непростое прошлое. Были моменты боли, были слёзы, было даже время, когда я ненавидела его всем сердцем. Но сейчас я поняла, что мои чувства к нему были настоящими, искренними и глубокими.

— Я люблю тебя, Грэй, — эти слова вырвались из самой глубины души.

Грэй