Джек Льюис чертовски устал от двух перелетов и мечтал о сытном ужине, а также о мягкой кровати. По пути в отель он ни с кем не говорил и не смотрел в окно – не было сил. Но изучить местность определенно хотелось: Джек слышал, что Дрезден – один из самых красивых городов Германии. Старинная архитектура, оживленный центр, тихие улочки. Льюис надеялся увидеть соборы, набережную и знаменитую картинную галерею.

Чем ближе автомобиль подъезжал к отелю, тем отчетливее слышались крики фанатов. Фанаты. Одно это слово нагоняло тревожные воспоминания. «Скорее бы пройти мимо толпы, – взмолился Джек и поспешил успокоиться: – С характером Белладонны мы быстро попадем в здание».

– Иди через черный ход, – глядя на него с сочувствующей улыбкой, предложила Белладонна. Она кивнула телохранителю. – Проводи.

– А ты… – не понял Джек.

– Раздам автографы. – Мира выпустила из пучка темные волосы, те легкими волнами разметались по ее плечам, и достала маркер из кармана джинсовой куртки. – Разве я могу поступить иначе? – Серые глаза смотрели на Джека с неподдельным удивлением. – Фанаты здесь ради меня.

Стыд опалил грудную клетку. Джек мог смеяться над максимализмом Белладонны, умиляться ее упрямству и снисходительно закатывать глаза от дерзости, но он не мог не восхититься ее добрым сердцем.

– Встретимся на ужине, – сказал Джек и вышел из машины за двухметровым телохранителем. Вместе они смотрелись как два представителя охраны, поэтому на Льюиса никто не обратил внимания.

Усталость взяла свое, и Джек не разглядывал отель, отметив только, что здание построено в девятнадцатом веке и хорошо отреставрировано, а в холле много живых цветов. В номере он кинул сумку на кровать и достал из кармана мобильный. Подключился к Wi-Fi. «Я на месте», – написал Лиззи. «И понятия не имею, что меня ждет», – добавил мысленно.

Мира раздала автографы и направилась в отель. Она уже гостила здесь и была рада вернуться. Коридоры и вестибюль украшали старинная мебель, бархатные шторы, длинные ковры, а на стенах висели картины в позолоченных рамках. «Люкс» состоял из двух комнат: спальни-гостиной и ванной. Кровать с балдахином занимала большую часть пространства, по бокам расставлены тумбочки, на одной лампа в абажуре и телефон для связи с персоналом; у большого окна стол и стул из темного дерева, у стены – того же цвета шкаф и комод. Эльмира любила маленькие пространства, но человек с клаустрофобией вряд ли бы выдержал недели в таком жилище.

Удобнее было бы расположиться в квартире, но, увы, жить вместе Джек пока не согласится, а Мире хотелось быть к нему максимально близко. Она положила цветы и подарки от поклонников на кровать, а сама подошла к стене: провела ладонью по белым обоям. Там – за сантиметрами бетона – бьется сердце Джека. Интересно, чем он занят? Мира предоставила ему время освоиться, перед тем как пригласить на ужин в лучший ресторан Дрездена. К сожалению для Эльмиры, встреча планировалась деловой: ужинать с ними напросился режиссер клипа. Клаус Лурье – истинный трудоголик, поэтому он настоял на обсуждении рабочего процесса, не дожидаясь Франка Штольца.

В Дрезден с Белладонной полетели телохранитель Карл (он сопровождал ее по Европе) и новый ассистент – темноволосая азиатка по имени Ким. «Ким, Вим, какая разница», – сказала Мира, когда Франк попытался узнать, почему Вим покинул должность. Штольц же в день вылета сообщил, что задержится из-за срочных дел. Что может быть важнее клипа Белладонны?! Раньше Франк не пропускал совместные полеты, и внутри Миры кипела обида, а также что-то похожее на ревность: у менеджера кто-то появился? Ради кого он бросил ее?

Эльмира сухо сказала в трубку:

– Мы на месте.

– Я прилечу завтра, обещаю, – заверил Франк.

– Угу. – Она ковыряла ногтями мягкий плед. – Ну, пока.

– Сара отказалась сниматься в клипе. Твоя танцовщица ушла.

– Ага. – Плед приятно щекотал подушечки пальцев.

– А с ней и Грета, – добавил менеджер.

– Печа-а-а-ально, – протянула Мира. Ее мысли витали далеко. Она решала, что надеть на ужин и куда пойти завтра. – Найди других, Франк.

– Найти других? Они твои подруги!

– Они рабочий персонал, – холодно ответила Мира.

– Как Вим? Он поэтому уволился? Ты сказала ему обидную чушь?

– Вим? Кто это? – Певица демонстративно зевнула. Меньше всего ей хотелось говорить о неудачнике Виме.