– Джер, – я изумился, – она не вещь. Ее нельзя передать как трофей. Она бы не вернулась к тебе только потому, что я ее бросил…

– Вернулась бы! Она – моя. А я – принадлежу ей. Так всегда было и будет. – Джерад залпом выпил алкоголь из моего бокала. – Если бы ты отстал от Софи, отпустил, отдал мне… – Он замолчал и стиснул пустой бокал. – Я надеялся, ты отстанешь от нее. – Усталость подкосила Джерада, он закончил шепотом: – Я всего-то хотел, чтобы Софи вернулась ко мне.

Его речь прервал звонок мобильного.

– Кто там?! – Он достал из джинсов трубку и рявкнул: – Алло!

В разговор я не вслушивался. Когда я глянул на Джерада, он, белый как стена за ним, закончил звонок, но продолжал кивать. Наша разборка перестала его заботить. Джер хмурился, не выпуская из рук телефон. От нехорошего предчувствия мои внутренности свернуло узлом.

Я спросил:

– Что случилось?

Он не ответил. Поднял голову, заморгал. Скулы напряжены, волосы прилипли ко лбу. Джер потянул ко мне руку и, когда я неуверенно подал ему ладонь, вцепился в нее. Встал с дивана, крепко обнял меня.

– Что произошло? – повторил я, похлопав его по спине. – Кто звонил?

Друг молчал, продолжая часто дышать мне в плечо.

– Это Софи? Она хочет порвать с тобой?

Друг напрягся. Значит, Софи.

– Что ж…

– Она… – Джерад разомкнул объятия, отвернулся и кинул телефон на стол. – Она в реанимации.

– Поехали! – выпалил я и схватил Андерсона за воротник.

В машине Джерада било мелкой дрожью. Он матерился и смотрел в окно. Я молчал, боялся ляпнуть не то, а банальностью «все будет хорошо» его не успокоишь. Он никогда не признается, но ему необходима поддержка. Пусть такая молчаливая и бесполезная, как я.

Мы влетели в холл больницы. Джерад прислонился к стене, щурился от яркого света флуоресцентных ламп, едва стоял на ногах. Поэтому я взял дело в свои руки – подошел к ресепшен и спросил про Софи.

Женщину за стойкой мои бормотания про аварию мало трогали. Вы родственник? Муж? Нет? Тогда ничем не можем помочь.

Я обернулся проверить Джерада и увидел, что он купил в автомате стаканчик кофе и сел на скамейку. Сделал пару глотков, а я так некстати вспомнил: Джер ругал дешевый кофе из автоматов. Но сейчас он пил отвратительный напиток большими глотками. Все действия Джерад совершал на автопилоте: пил кофе, бубнил что-то, лохматил волосы.

– Все плохо, да? – прямо спросил он, когда я подошел.

– Мы не родственники. – Я развел руками.

Женщина за ресепшен встала и, покачивая бедрами, направилась к автомату с кофе.

Бегом я вернулся к стойке и изучил стол. Я мог легко представить Джерада, который копается в чужих документах ради собственной выгоды, наплевав на правила и риск; себя я представлял мрачным и потерянным, с дешевым кофе в руках. Почему мы поменялись местами? Почему я (а не он!) ищу в стопке бумаг фамилию Софи? Какое мне дело? Наверное, потому что Джер все равно мой друг. И я его друг.

Так, нужный этаж и номер палаты. Схватив ледяную от пота руку Джерада, я потащил его к лифту. Персонал, что остался на ночное дежурство, не обратил на нас внимания. Охранник посапывал у дверей лифта.

– Идем, идем! – подгонял я: Джерад шел, медленно передвигая ноги и сжимая в руках пластиковый стаканчик.

В палате я увидел девушку. Спустя минуту осознал – это Софи. Бинты, трубки… Ее карие глаза закрыты, лицо будто присыпано белой пудрой. Страшно, когда видел безупречную красавицу, а сейчас – это тело. Признаки жизни в Соф подтверждал лишь писк приборов.

– Джерри… – только и смог сказать я.

Из-за ширмы показался врач.

– Кто вы? – спросил он строго. Итальянский акцент и тревога в голосе.

– Мы… друзья. Что случилось, доктор? Она в порядке? – Я нес чушь.

– Кто из вас ее друг? – уточнил мужчина.

Я открыл рот для ответа, но не успел.

– Меня зовут Джерад.

Врач поправил прямоугольные очки и внимательно посмотрел на взвинченного, слегка пьяного и абсолютно потерянного Джерада Андерсона.

Я положил руку Джеру на плечо, пытаясь показать – я с тобой.

– Джерад… – Итальянец бросил взгляд на койку: – Все позади.

– Что вы хотите этим сказать?! – выпалил я, стиснув плечо друга.

– «Скорая помощь» приехала сразу, очевидцы аварии позвонили 911. Мисс Штерн нужен отдых. Она счастливица, иначе не сказать.

Мы одновременно выдохнули. Я заметил на лице Джера тень улыбки.

– Хочу быть с ней, – заявил он, расправив плечи.

Узнаю засранца.

– Мисс Штерн без сознания. – Врач секунду помолчал. – Подождите в холле, пока ослабнет наркоз. Но учтите: встреча будет короткой.

Джерад кивнул, а я облегченно засмеялся. Все позади.

– Твою ж! – выругался Андерсон, когда мы вышли в коридор. Скинув со своего плеча мою руку, друг нахмурился: начинает приходить в себя.

– Все хорошо, Джерри…

– Не называй меня так! – огрызнулся он. – Никогда не называй меня так, Стивен!

– Ладно, ладно, – пробормотал я. Не было сил обижаться.

– Джерри, блин.