– Социопаты отлично притворяются. Джерад решил, что он социопат. Прочитал статью и начал копировать поведение тех, кто не умеет испытывать эмоции. Прекрасно манипулируют людьми… Спустя время пришел к выводу, что здоровый человек не способен так хорошо притворяться, и, вероятно, благодаря хитрому сплетению генов и особенностям воспитания – Джерад Андерсон социопат. Он отучился показывать негативные эмоции; вообще показывать эмоции. Или никогда и не умел по-настоящему их испытывать. Но увлечение одной леди… – Рассказчик замолчал и сжал бокал с такой силой, что тот норовил разлететься на осколки. Расслабил пальцы. – Расскажу немного о поведении социопата, чтобы ты, Софи, понимала. Итак, ключевые симптомы: неспособность к раскаянию, нежелание соблюдать социальные нормы, склонность к обману.

Джерад вскочил и поклонился, потом занял ту же позицию.

– Другими словами, я умен, уверен в себе, харизматичен. Из недостатков: импульсивность и скука – не могу долго быть на одном месте, на одной работе или с одним человеком. Я люблю риск и скорость. Эмоции социопата неглубокие и притупленные. Но они есть. Если бы я не испытывал эмоций – смог бы играть на чужих? Я не всегда понимаю, что испытываю. Когда тебя пугают, мозг сразу это понимает, когда пугают меня, я анализирую ситуацию, думаю, что испытал бы человек в этом случае, а потом реагирую, как пробираюсь сквозь густой дым. И если на меня вдруг наваливаются сильные эмоции – влюбленность, агрессия, скорбь, – я не знаю, что делать. Я встретил тебя, Софи Штерн, в клубе Парижа и не знал, что делать.

Софи закусила губу, дабы не застонать в голос. Она прекрасно помнила знойный летний вечер, худого высокого диджея, его лающий смех…

– Ты полюбил меня, – ответила тихо. – Ты испытал эмоции.

– Меня замкнуло, – поправил он. – Вся любовь, что предназначалась моим родителям, моим близким, моим домашним животным, в конце концов! Вся любовь нашла свое предназначение в тебе… Но вернемся к истории Джерада.

– Не хочу слушать! – выпалила Софи.

Она знала, что будет дальше. Незачем озвучивать, переживать снова. Соф вскочила с кресла и замерла под тяжелым взглядом зеленых глаз. Он мог ничего не говорить, посмотреть – и она все забывала, настолько любила его. Но в последний раз она ушла.

Джерад сейчас говорил взглядом: «А не ты ли нашла меня, не ты ли выбрала в любовники моего лучшего друга? Ты. Поэтому сиди». И Соф опустилась в кресло.

– Спасибо, – с иронией поблагодарил Джерад и вернулся к рассказу: – Забегая вперед, скажу, эта девушка ничего не знала о моем диагнозе – или лжедиагнозе – до сегодняшнего вечера, и я аплодирую ей за то, что она встречалась с чудовищем! – Он захлопал. – Я не тороплюсь?

– Не знаю. – У нее першило в горле.

Джерад подвинул бокал с вином. Софи неуверенно отпила.

– Начнем с того, что Джер окончил школу в захудалом городишке на севере Англии и перебрался в Лондон. Он жил по принципу: «Меня никто не понял: и я выучился ненавидеть»^[46]. Лермонтова наверняка ты не читала.

Соф помотала головой. Наверное, стоило прочитать.

– Джерад создал новую личность, он видел в Печорине родственную душу. Русская классика занимает отдельное место в моем сердце, до сих пор грустно, что я бросил учебу. Итак, внешность худого болезненного парня легко компенсировалась обаянием, начитанностью и хорошими манерами. Разбивать сердца красавиц, как бутылки в тире, стало хобби.

– Ты к этому и вернулся, – подала голос Соф. – Тридцать, а ведешь себя…

– Отличный способ забыть, – отметил Джер, не сводя глаз с ее точеной фигурки. – Увы, с тобой не вышло. Помнил, буду помнить. И любить.

– У меня вышло.

– Ну да, ну да. – Андерсон подавился смехом, неудачно скрывая то, как на удивление больно прозвучали ее слова. – Любишь Рэтбоуна и всеми силами будешь отбивать его у малышки Аристель?

Штерн промолчала. В любую ложь, перед тем как сказать, нужно поверить. А в эту она верить не хотела.

– Так вот, жил Джерад Андерсон без преувеличения восхитительно. – Справившись с воспоминаниями, Джер выровнял мысли и вернулся к рассказу. – Манипулировать людьми оказалось легко. Джерад искусно подделывал сочувствие, заботу, даже любовь – смотрел на других и повторял. Представляешь, Соф, многие находили его поведение очаровательным! В Париже, куда Джер переехал, девушек немыслимое количество, а его тренировки над собой – как физические, так и психологические – дали весомые плоды: красивые дуры, такие на самом деле слабые, рады быть использованными. Они искали в Джераде защиту и опору, а он строил карьеру и развлекался с ними. Вел счет: по понедельникам – блондинки, по четвергам – брюнетки, а выходные – время рыжих.

– Я поняла. – Слушать о его приключениях не только противно, но и ревностно. Соф откинула пряди волос за спину и добавила: – Мне все понятно. Расскажи «Историю Джерада» Стивену. Он достоин знать правду.

– О-о-о, – протянул Джерад, рассмеявшись, – мы как раз подобрались к самому интересному, я бы на твоем месте сбегал за попкорном. – Глаза Андерсона поблескивали. – На одной из вечеринок, где Джерад выступал, он познакомился с девушкой. Ее звали Софи.