Я вздрогнула, почувствовав тошноту. "Нет", - прошептала я. "Это не доставит мне удовольствия".

"Что ж, это сюрприз".

Заднюю стенку моего горла обожгло, и я закрыла глаза от нахлынувших слез. Мой желудок продолжал трепетать. Даже если он был... активным участником, она уже забрала его свободу. Здесь не было настоящего согласия. А Исбет была худшим сортом на стольких разных уровнях.

"Раньше я удивлялась, почему Айрес так долго искал своего брата. Может быть, потому что Айрес так крепко спал. Но ведь Малек не умер все эти годы назад, как я считала? Эта сука замуровала его. Теперь я знаю, что до этого момента он был в сознании. Двести лет, Пенеллаф. А потом он должен был ускользнуть, настолько близко к смерти, насколько это возможно, чтобы потом разбудить Айреса".

Я открыла глаза. "Вы были сердечной парой. Как ты не знала, что он не умер?"

"Потому что, что бы ни сделала Элоана, чтобы похоронить его, она разорвала эту связь. Связь. Ты знаешь, о чем я говорю. Это чувство - осознание другого", - сказала она. И я поняла. Это было неосязаемое чувство знания. "Это как отпечаток брака, но не на плоти. В твоей душе. В сердце. Я почувствовала потерю этого, и часть меня умерла. Вот почему я верила, что он мертв, и желала этого. Потребовалось почти двести лет, чтобы он утратил связь со своим близнецом. Чтобы потерять сознание. Ты можешь себе это представить?"

"Нет." Я подумала о тех божествах в склепах.

"Элоана могла не знать, что он был богом, но она знала, что делает с божеством. Такое наказание хуже смерти", - продолжала она. "Твоя свекровь не так уж сильно отличается от твоей матери".

" Ты права", - сказала я. "Только она не такая убийца, как ты".

Кровавая Королева рассмеялась. "Нет, она просто убивает невинных младенцев".

"А ты нет?" выпалила я в ответ, даже не потрудившись сказать ей, что Элоана утверждала, что не знала о смерти сына Исбет. Она все равно мне не поверит. "Где он?"

Ее рот напрягся. "Его здесь нет".

Я уставилась на нее, не зная, верить ли этому. Если она взяла Айреса с собой в путешествие, я сомневалась, что он далеко. "Значит, если бы я решила встретиться с ним вместо Кастила, ты бы разрешила?"

"Ты бы никогда не выбрала никого, кроме Кастила", - ответила она.

Чувство вины кольнуло меня в животе. "Но если бы я выбрала? Ты бы не позволила, не так ли?" Когда она не ответила, я поняла, что была права. Гнев сменился стыдом. "Почему ты не позволила ему вернуться в Илизеум?"

"Кроме того, что он обязательно вернулся бы, как только восстановил бы свои силы? Когда его не так легко будет подчинить?" Исбет подошла ближе. "Он нужен мне, чтобы сделать моих Мстителей".

По мне прошла волна понимания. "Тебе нужен был бог, чтобы вознести третьих сыновей и дочерей. А у тебя уже были знания о сущности Колиса и о том, как ее использовать, благодаря Малеку".

Исбет изучала меня. "Я ошибалась раньше. Я не знала, что ты будешь знать о нем. Это... любопытно".

Моя ладонь скользнула по столбу, и я повернулась, почувствовав углубление в камне. Я слегка сдвинулась и посмотрела вниз. Там были отметки, неглубокие и расположенные через каждые пару футов. Круг с прорезью, наполовину смещенной от центра. Совсем как символы костей и веревок в лесу возле клана Мертвых Костей.

"Что это за знаки?" спросила я.

"Что-то вроде оберега", - ответила она.

Я прижала большой палец к знакам. "Опять украденная магия?"

"Заимствованная магия".

"Как они действуют в качестве защиты?"

Взгляд Исбет поднялся к моему, и она улыбнулась. "Они удерживают вещи внутри или вещи снаружи".

Кастил

Поппи была здесь.

Я потянул за цепь сильнее, ругаясь, когда крюк не поддался ни на сантиметр. Сколько раз я пытался ослабить эти проклятые цепи с тех пор, как оказался здесь? Бесчисленное количество. В последние пару дней яростными попытками руководил голод. Сейчас я был в таком же отчаянии, но по другим причинам.

Поппи была здесь.

Паника пронзила мое нутро. Она могла позаботиться о себе. Она была чертовой богиней, но она не была непогрешимой. Никто не был. Кроме Перворожденного, который большую часть времени проводил во сне. Я понятия не имел, кем на самом деле была Кровавая Королева, и как Поппи справлялась с осознанием того, кем была для нее Исбет. Было слишком много неизвестного, и мне нужно было выбираться отсюда. Я должен был добраться до нее, пока эта красная дымка не спустилась снова. А она приближалась. Я уже чувствовал это по боли, возвращающейся в мои кости.