— Да. — Я провела пальцами по его пальцам. — Я думала о том, насколько сильным было мое прикосновение, что оно могло вернуть Тень, даже тогда. Кто знает, как долго она была мертва?

— Судя по состоянию, я бы сказал, довольно давно. — Он поцеловал меня в челюсть. — Вероятно, несколько десятилетий, если не больше.

— Это… немного жутко.

— Просто будь осторожна, прикасаясь к мертвым.

Ухмылка тронула мои губы.

— Это, возможно, самый странный совет, который когда-либо давали.

— Возможно. — Опустив голову, он поцеловал меня в щеку. — Это то, что заставило тебя нервничать, когда мы проезжали мимо?

И снова, моей немедленной реакцией было пожать плечами, поэтому я потратила время, чтобы выразить свои мысли словами.

— Я чувствовала, как сущность нарастает во мне, когда мы проезжали мимо, и мне показалось, что я вижу, как они следуют за нами сквозь деревья. Думаю, они могли почувствовать мое присутствие, и я была рада, что мы не идем в лес. — Я откинула голову назад на его грудь. — Потому что я боялась, что я… я беспокоилась, что могу сделать что-то, чего не должна была.

— Вот так вернуть им жизнь?

Сжав губы, я кивнула.

— А что, если я все еще не могу это контролировать?

— Но ты себя контролировала, Лисса. И не раз.

— Я знаю, но были времена, когда я не могла. — Я подумала о том, что мы обсуждали с Айос. — Знаешь, как часто твой отец возвращал людей?

Эш молчал несколько мгновений.

— Я знаю, что мой отец боролся с этим. Еще я знаю, что он использовал эту способность гораздо чаще в начале, чем к концу, — сказал он. — Когда люди приходили в один из его Храмов, чтобы умолять о возвращении своих близких, ему было трудно игнорировать это. Особенно если покойный был молод и смерть была неожиданной. Он почти всегда удовлетворял эти просьбы.

— Даже зная, что если он дарует жизнь…

— Смерть никогда не обманешь? — закончил Эш. — Да. — Прошло мгновение или два. — Как я уже сказал, мой отец не был идеален. Желание облегчить боль страдающих было лишь частью причины. Акт дарования жизни мог исходить из альтруистических побуждений, но были и… личные выгоды, получаемые от этого.

— Он наслаждался тем поклонением, которое ему это приносило?–

— Да. — Его губы коснулись уголка моих губ. — Как только мой отец понял, что не может продолжать даровать жизнь, как он делал, он понял, что не может лично отвечать на призывы. Вот тогда боги начали действовать как посредники между призывателями и Первозданными. Сначала это началось с Эйтоса, а затем и остальные Первозданные последовали его примеру.

Я нахмурилась.

— Но ты все еще чувствуешь призывы, верно? Эйтос чувствовал их с королем Родериком. И я знаю, что Колис тоже. — Я сглотнула. — Он услышал призывы моего отца.

Эш вытащил свою руку из-под моей и выпрямился передо мной.

— Что ты имеешь в виду?

Я только тогда поняла, что не рассказала ему об этом. У меня не было времени поделиться с ним вещами после того, как мы наконец освободились от Далоса.

— В ту ночь, когда я родилась, мой отец знал, что это будет значить. Он призвал Колиса, не имея ни малейшего представления о том, что Эйтос ответил Родерику в прошлом.

— Зачем он…? — выругался Эш. — Он хотел, чтобы сделка была расторгнута.

Я кивнула, мое сердце сжалось от жалости к человеку, которого я никогда не встречала.

— Он не хотел такого будущего для своей дочери.

— Какой отец? — заявил Эш, и в его голосе прозвучало уважение. — Если бы у меня был ребенок, я бы не хотел, чтобы он прожил жизнь без выбора, где его будущее уже было определено за него.

У меня снова свело живот, на этот раз исключительно из-за мысли об Эше как об отце.

— Ты же знаешь, что это значит, да?

— Что Колис всегда знал о тебе? — Когда я кивнула, он вздохнул. — Да, я это понимаю.

Я зажмурилась.

— Мне жаль.

— Почему ты извиняешься?

— Из-за всего, что ты сделал, чтобы Колис не обнаружил меня. Чем ты пожертвовал. — Гнев закипел, разжигая угли, когда я сделала глубокий, успокаивающий вдох. — Это было для…

— Это было не зря, Сера. Я абсолютно не жалею о том, что сделал, чтобы защитить тебя, — сказал он. — И это не то, за что тебе когда-либо придется извиняться.

Успокаивающее дыхание не помогло.

Я положила руки на стол.

— Как ты можешь не злиться? Ты держался от меня подальше, беспокоясь, что Колис обратит на меня внимание. У тебя были люди, которые за мной наблюдали. Латан умер, делая это.

— Я ничего из этого не забыл.

Эфир горячо пульсировал во мне, когда я качнулась назад.

— Ты заключил сделку с Весес, чтобы она не рассказала Колису обо мне, и у тебя не было причин делать это.

Взгляд Эша встретился с моим.

— И я не забыл, что я сделал, Сера.