Прерывисто выдохнув, я оглядела толпу внизу. Я нашла Аттеза за пределами давки, его брови были опущены, а челюсть крепко сжата, когда он прислонился к колонне.

Стыд покалывал мою кожу. Я даже не хотела знать, что он думает о том, что я сделала. Или если бы Кин поделился с ним второй сделкой, которую я заключила с Колисом. Но пока я смотрела на него, я думала о нашем разговоре о душе Сотории. Неужели он что-то нашел? Так и должно было быть. В конце концов, была Звезда — бриллиант, добытый с Бессмертных Холмов, которые Айри намеревались использовать на случай, если им когда-нибудь понадобится хранить тлеющие угли Первозданного, если ни один Первозданный Жизни не сможет подняться, чтобы заменить того, кто пал. Очевидно, одна из Судеб предвидела то, что должно было произойти, но не предвидела, что то, что они создали, даст Колису объект, необходимый ему для переноса углей.

Боги, это все еще выводило меня из себя. Но если Звезда была достаточно мощной, чтобы удерживать тлеющие угли, разве она не могла сделать то же самое для смертной души?

Бриллиант был у Колиса. Где-то.

Но разве он не предлагал мне драгоценности? Что еще более важно, будет ли он настолько глуп, чтобы дать мне такой мощный предмет? Скорее всего, нет, но попробовать стоило.

Движения Колиса привлекли мое внимание. Он сел прямее, наклонив верхнюю часть тела вперед, слушая двух богов, которые приблизились к возвышению. Даккай исчез. Должно быть, в какой — то момент он куда-то запропастился. Я слушала недостаточно внимательно, чтобы разобрать имена богов. Мой разум был слишком поглощен мыслями о том, что я натворила. Меня не могло сильно волновать то, что они сделали. Все, что я знала, это то, что тот, кто сидел справа, был зол на того, кто сидел слева, из-за какого—/-то предполагаемого оскорбления.

— Что бы ты хотел, чтобы я сделал, Амаис? — спросил Колис.

— Я хочу, чтобы он был наказан, — потребовал тот, что справа, который, как я предположила, был Амаисом, на его сжатой руке сверкали кольца с драгоценными камнями. — Сеир оскорбил мою честь.

Другой закатил янтарные глаза, которые напомнили мне о других.

— Как будто еще осталась какая-то честь, которую можно оскорблять.

Несмотря на мой внутренний кризис, мои брови приподнялись.

Амаис развернулся к Сеиру, на кончиках его пальцев потрескивала кожа.

— Прекрати, — приказал Колис взмахом руки.

Раздувая ноздри, Амаис отступил назад и повернулась лицом к лже-королю.

— Ваше Величество величество, с ним нужно что-то делать.

— В чем именно заключалось это предполагаемое оскорбление? — Спросил Колис, постукивая пальцами по подлокотнику трона.

На котором ему не следовало сидеть.

— Это в высшей степени вопиюще, Ваше Величество, — сказал Амаис. — Он намекнул, что я мошенник.

Тупая боль пронзила мои виски, когда я перевела взгляд с одного бога на другого. Сеир был одет в коричневые бриджи и простую кремовую тунику. Между тем, Амаис напомнил мне одного из лордов островов Водина своим белоснежным одеянием и сверкающими драгоценными камнями пальцами.

— Мошенник в чем? — Колис нажал.

Амаис вздернул подбородок.

— Он обвинил меня в шулерстве при игре в карты.

— И что ты можешь сказать на это, Сеир?

Мои губы приоткрылись на вдохе. Было ли это на самом деле? Амаис был здесь, потому что другой обвинил его в мошенничестве при игре в карты, а Колис на самом деле развлекался этим? Ради богов, все это было так… смертельно. Неудивительно, что у меня разболелась голова.

— Он жульничал, — ответил Сеир, пожав плечами.

Руки Амаис сжались в кулаки.

— Я был твоим верным слугой с тех пор, как ты вознесся как Первозданный Жизни.

Я полагала, он имел в виду, что Колис убивал, чтобы стать Первозданным Жизни.

— Любое оскорбление, каким бы незначительным оно ни было, — продолжал Амаис. — Является оскорблением в адрес Вас, Ваше Величество.

Ну, это было преувеличением.

— Ты был верен мне, Амаис. Впечатляюще, — Колис откинулся назад, его внимание переключилось на колонны. Безымянный дракен, которого я видела ранее, и Ревенант, которого, как я подозревала, звали Дайз, теперь стояли рядом с Избранным в вуали. — Хотел бы я сказать то же самое о тебе, Сейр.

Мое внимание вернулось к богам передо мной. Сеир утратил свою непринужденную позу, и Амаис…

Этот бог теперь улыбался достаточно широко, чтобы показать клыки.

— Я тоже верный слуга. — Золотистая кожа Сеира частично утратила свой блеск.

— И все же вы не проявили к моему титулу того уважения, которого он заслуживает.

Это было неправдой. Сеир назвал его «Ваше Величество» и поклонился, приблизившись к возвышению. Он просто не повторял это каждые пять секунд, как это делала Амаис.

— Следовательно, ты должен стать напоминанием для всех, насколько неразумно подвергать сомнению твою преданность. — Пальцы Колиса перестали постукивать.

И это было все.