Тяжелая ладонь опустилась на мою задницу, и я взвизгнула:

– Ай!

Кай улыбнулся, заставив меня лужицей растечься у его ног. Почему этот мужчина, который совсем недавно говорил, что может уничтожить меня, несет меня на руках, учит управлять силой и улыбается самой восхитительной улыбкой?

Сюрреалистично.

Я никогда не вела себя рядом с парнями так, как в эту секунду с Каем. Обычно они дарили мне оргазмы, я наигранно стонала с позы наездницы, потому что они, во имя всего святого, не могли найти клитор, а потом мы разбегались на четыре стороны. Я состояла в отношениях, но никогда мне не хотелось слиться с человеком, как в это мгновение.

Это была не я.

Или, наоборот, это была я?

Черт разберет.

– Значит, завтра я смогу задать этот вопрос и еще сотню сверху, – зевнула я, когда мы вошли в академию. Как я и думала, по пути мы никого не встретили. Кай убил всех? Я бы не удивилась.

Он внес меня в свою спальню и только тогда опустил на пол.

– Я провожу тебя до спальни. Подожди минуту.

Когда он вошел в ванную, я присела на кровать и протерла глаза. Контроль силы опустошил меня, а наш с Каем поцелуй… Что ж, я была не против повторить его, но, возможно, уснула бы в середине процесса.

Положив голову на мягкую подушку, я прикрыла глаза.

Сейчас полежу секунду и встану. Ведь ничего не изменится, если я… совсем немного… посплю…

Рядом послышался тяжелый вздох.

– Я встаю, встаю, только не кричи, – пробормотала, приоткрыв глаза.

Как только я хотела покинуть самую мягкую и удобную кровать в своей жизни, матрас рядом прогнулся. Затем с меня начали стягивать ботинки.

Что? Кай снимает с меня обувь?

Я распахнула глаза. И правда. Он наклонился и бережно развязывал шнурки сначала на одной ноге, затем на другой.

– Поднимись, чтобы я расправил кровать, – попросил Кай, пока мое сердце бешено колотилось при виде того, как он проводит ладонью по моей маленькой ступне.

– Я уже ухожу.

– Поднимись. Чтобы я. Расправил. Кровать, – отчеканил он, наградив меня обезоруживающим взглядом.

Я моргнула. Затем встала и через пару секунд уже нырнула под неприлично мягкое одеяло. Из меня вырывался стон удовольствия, когда я зарылась носом в подушку.

– Только не приставай ко мне, – пробормотала я в полусонном состоянии. – А то понимаешь, я храню девственность для мужа, которому буду готовить три раза в день и стирать грязные вещи. Романтика.

Послышался тихий смешок, затем кровать прогнулась, и я почувствовала горячее тело Кая. Удивительно, как у человека с таким холодным сердцем была настолько теплая кожа. Интересно, он спит голым? Было бы славно.

– Советую тебе придерживаться того же. – Из меня вырвалось фырканье, когда я вспомнила, что он говорил мне эти слова при нашей первой встрече.

– Ты тоже хранишь девственность для мужа, Ísprinsinn?

– Спи. – Оказывается, можно закатить закрытые глаза. – И если ты найдешь себе такого мужчину, скажи ему, что он отвратителен. Женщина не обязана проводить всю жизнь на кухне.

– Ты умеешь готовить? – удивилась я. Мне казалось, что если Кай и умеет готовить, то только сердца своих врагов под сливочным соусом.

– Я прокармливал около двадцати ртов, когда мне самому было не больше десяти лет.

Я не видела лица Кая, но была уверена, что после этих слов он напрягся. Я кожей почувствовала, как он начал закрываться, но всё же попыталась разрушить выстроенные им стены:

– Что ты имеешь в виду?

– Не всегда то, что ты видишь, есть то, кем ты являешься, – только и ответил Кай.

Я недоуменно нахмурилась. Как он мог прокармливать кого-то, если сам жил в достатке под боком такого человека, как Джонатан Алькастер? Или он что-то недоговаривал?

– А какая твоя любимая еда?

Тихий вздох.

– Как и твоя. Bláber.

Я распахнула глаза и посмотрела на Кая. В темноте комнаты черты его лица заставили меня сглотнуть скопившуюся слюну.

– Это ты сказал ему, – прошептала я с неверием. – Откуда ты узнал?

Он молчал и просто смотрел на меня своими темными глазами.

Черника.

Это Кай сказал Зейдену, что я люблю чернику.

Я решила изучать исландский язык и начала с тех слов, которые легче всего запоминались по ассоциациям. «Черника» была одним из них. Как Кай узнал? И что еще он обо мне знает? Ведь не просто так у него оказалась моя цепочка.

– Спи, – мягко повторил он.

– Можно тебя поцеловать?

Кай моргнул.

– Ты хочешь меня поцеловать?

– Уже не хочу, – пробормотала я. Что за тупые вопросы? Мне еще и повторять нужно?

Как только я натянула одеяло до носа, Кай приподнялся на локте и навис надо мной. Дыхание перехватило, когда он опустил материал к моей груди. Его губы прихватили мои на короткую секунду, но это было так сладко – до дрожи в коленях.