– Надеюсь, он заплатит за это.

Да, Бишоп. Заплатит сполна.

– Ты бы видела его, Дарси… – мечтательно вздохнула Леонор, привалившись плечом к своему шкафчику. – Точнее, я сама его не видела, потому что он был в маскарадной маске, но ты даже не представляешь, насколько он хорош.

– Ты узнала его имя? – спросила я с лукавой улыбкой.

Никогда не видела свою подругу такой окрыленной.

– Нет. Я спросила, какого размера его член, а потом он…

– Почему в круг моих друзей входят девушки? – пробормотал Алекс.

Джереми закрыл его рот рукой и кивнул Лени.

– Продолжай. Какого размера был его член?

Засмеявшись, я посмотрела на настенные часы.

Незаметно для каждого из нас наступило первое декабря. В последний месяц года все студенты уже мысленно праздновали Рождество: женское общество занималось подготовкой вечеринки, коридоры Академии Золотого Креста украшали сочно-зелеными венками и разноцветными гирляндами, а на смену проливным дождям пришли снегопады.

Это время я любила даже сильнее осени, но особенно – в детстве. Помню, как мама готовила мой любимый салат с ананасами, а папа покупал самую большую елку, иголки которой мы собирали по всей гостиной еще несколько недель после праздника. Трескучий звук поленьев, томящихся в камине, сливался со звонким смехом Агнес и наполнял пространство поистине домашней атмосферой.

Так было раньше. Потом всё исчезло.

Последние годы я никак не отмечала этот праздник. Когда другие ребята веселились сначала со своими семьями, после чего ехали к друзьям, я смотрела комедийный сериал, который терпеть не могла, и уплетала вторую банку мороженого.

Праздновать мне было нечего.

В прошлом году мы собрались с Лени, Алексом и Джереми и устроили марафон рождественских фильмов. Хоть большую часть времени Джер спал, а Алекс недовольно комментировал каждый шаг актеров, это был лучший праздник за последнее десятилетие.

Звучало не очень весело, но такова моя судьба.

– Сколько дюймов его член? Чуть больше девяти, – подмигнула Леонор.

Джереми закашлялся.

– Сколько?

– В прошлом году ты на всю мужскую раздевалку кричал о том, что твой превысил отметку в восемь с половиной, – напомнила я, заставив Алекса закатить глаза.

– Он не только кричал, Ведьмочка. Хорошо, что ты не видела продолжения.

– Давайте перестанем говорить о члене Джереми, – умоляла Леонор.

– Ты первая заговорила про член своего незнакомца в маске.

– Потому что у него прекрасный член.

Я застонала.

– Прекратите говорить слово «член».

Захлопнув шкафчик, Лени подхватила учебники для следующего занятия.

– Шутки шутками, но мои родители теперь тоже состоят в городском совете, – вздохнула она, когда мы обошли группу студентов и двинулись к мраморной лестнице, ведущей на второй этаж. – За них проголосовали практически единогласно. Какова вероятность, что они состоят в Круге?

– Знаете, если работорговлей занимается отец Дарси, то и наши далеко не ушли, – поправив запонки, ответил Алекс бесстрастным голосом. – Они все учились в Золотом Кресте, а это уже о многом говорит.

– Да и наши семьи берут начало от основателей, – задумчиво добавила я.

Он согласно кивнул.

– Вспомните самые известные тайные общества. Возьмем в пример «Череп и Кости». Мы никогда не узнаем, что происходило за закрытыми дверями Йельского университета, но разве мир просто так полнится слухами о сатанинских ритуалах и инициациях «во имя братства»?

– Разница в том, что в Йеле не торговали людьми, как кусками мяса, – фыркнул Джер.

– Ты не можешь быть в этом уверен.

– Нет ни одного доказательства, что «Череп и Кости» занимались каким-то дерьмом. Ты видел материалы с их инициации? Там не было ничего запрещенного. Поцеловали черепушку, перебросились парой ласковых и пошли придумывать план по захвату миру.

– Справедливости ради, тайное общество на то и тайное, что никто тебе ничего не расскажет, – вмешалась я в их перебранку.

– Да и любую запись можно подделать, – добавила Лени.

Джереми резко остановился и раскинул руки в стороны.

– Меняем маршрут. Я захотел есть.