У меня не было времени, чтобы сосредоточиться на Русских словах, потому что он расстегнул мой лифчик и снял его. Моя грудь отяжелела, когда прохладный воздух коснулся ее, и мгновенная застенчивость подняла свою уродливую голову. Я не знала, что буду делать с этим мужчиной — выберусь ли я отсюда целой и невредимой или вообще захочу этого. Мысль о том, что я, возможно, вляпалась не в свое дело, вызвала у меня нервный трепет, но затуманенный, почти благоговейный взгляд его глаз, когда он провел большим пальцем по моему соску, придал мне уверенности.

Он наклонился и втянул сосок в рот. Я застонала, откинула голову назад и запустила руку в его волосы, сжимая их с каждым рывком. Влажный жар его рта потянулся между моих ног, когда он двинулся к другой, и пламя скрутилось низко в животе.

Мои груди были не более чем пригоршней, но он, казалось, не возражал против того внимания, которое уделял им. Он прижал мягкую плоть друг к другу, чтобы можно было кусать, лизать и сосать от одной к другой. Меня захлестнула такая горячая, такая неустойчивая волна, что я не знала, оттолкнуть ее или умолять никогда не останавливаться.

Быстрый фитиль пылал от тепла его рта к влажному материалу между моих ног, который становился все более влажным и чувствительным с каждой секундой.

— Больше, — взмолилась я.

Он отпустил сосок царапая зубами и провел ртом вверх по моей шее.

— Чего ты хочешь?

Чего-нибудь.

Всего.

Я просто терлась о его эрекцию с отчаянным шумом.

А потом его рука оказалась там, где я нуждалась, сжимая мою киску и проводя большим пальцем по моему клитору.

— Этого?

Моя кожа загорелась, обжигая все вокруг, от ушей до кончиков пальцев ног.

Его большой палец скользнул под ткань моих стрингов, слегка потянув вниз.

— Snimi eto dlya menya.^[48]

Я не знала, что он сказал и собирался ли вообще говорить по-русски, но потом он прижался губами к моему уху, переводя команду.

— Сними это для меня.

Дрожь пробежала по моим рукам, когда я спустила стринги вниз по бедрам, устраиваясь на его коленях, чтобы полностью снять их. Он выдохнул, его взгляд потемнел, когда он прикоснулся к самой интимной части меня. Желание закипело у меня в горле, когда он провел руками по моим бедрам, увлекая за собой носки.

— Вид твоих ног в то утро в моем кабинете заставил меня возбудиться.

Боже, как горячо. Я понятия не имела, что он сидит за своим столом со стояком. Он с самого начала находил меня привлекательной, и я наслаждалась этим знанием.

Я прижалась губами к его губам, хотя он подчинился лишь на мгновение, чтобы снова взглянуть на мое тело. Я была совершенно голая, а он даже не снял пиджак. Это было похоже на такой грязный поступок в гостиничном номере средь бела дня.

— Ты кончаешь на всех своих первых свиданиях? — спросил он, прищурившись на жар моего тела.

Я была честна с ним до сих пор — я могу также принять это полностью.

— Никто больше не заставлял меня кончать.

Мгновенная пауза была моим единственным предупреждением, прежде чем он схватил меня за волосы, и у меня вырвался вздох, когда он потянул мою голову назад за конский хвост. Я задыхалась, не сопротивляясь безжалостной хватке, которая удерживала мою шею под углом к потолку.

— Не лги мне.

Я боролась с агрессивным захватом словами.

— Это ты лжешь, а не я.

Спустя секунду он ослабил хватку на моих волосах, но когда его губы скользнули вниз по моей шее, я поняла, что он мне не поверил. Его ладонь прижалась к моему клитору, прилагая наименьшее количество трения. Его рука была грубой, и я не нуждалась во многом. Я прикусила губу, сдерживая стон.

Возможно, Картер мог бы заставить меня кончить, если бы его руки не были мягче моих, но, если подумать, то скорее всего, нет. По сравнению с этим я не испытывала ни капли страсти к Картеру.

Ронан посмотрел на свою руку между моих ног и грубо сказал:

— Я могу установить таймер и довести тебя до оргазма меньше чем за тридцать секунд.

— Ты нуждаешься в трофее?

Он схватил меня за подбородок и притянул к себе.

— Я хочу, чтобы ты сказала мне правду.

Судя по его голосу и тому, как крепко он сжал мои щеки, он ожидал, что я успокою его измученную душу в следующие две секунды. Он скрывал правду, но требовал ее от меня. Какая ирония. И раздражение. Его ладонь двигалась извилистым движением по моему клитору, и разочарование клокотало внутри. Он играл со мной, и я потеряла терпение.

— Ладно. Хочешь знать правду? — рявкнула я. — Если ты не доведёшь меня до оргазма в ближайшие тридцать секунд, я найду кого-нибудь другого, который сделает это.

Его рука замерла, и через секунду, которая растянулась, как тау, низкий смешок вырвался у него. Утечка темноты, которая испортила любой юмор в нем, подняла волосы на моих руках.

— Такая сладкая, а потом вся в огне…

У меня перехватило дыхание, когда он прикусил мой подбородок, и когда его глаза поднялись на меня, они были наполнены такой силой, что украли у меня тепло. Я вздрогнула, когда он провел большим пальцем по моим губам.

— Начинай отсчет, — приказал он.

— Что? — выдохнула я.

— Считай.