— Нуэлл, давай побыстрее, — сказала Магдалена. — Мне нужно заранее сходить к маме, чтобы раздобыть немного монет для сегодняшнего фестиваля.

Агнес посмотрела на ведьму со своего места за столом, только что сказав, что ей нужно перекинуться с нами парой слов.

— Никто не покинет эту комнату, пока я не получу ответы от каждой из вас о том, какой у вас выбор на День всех сестер. Начнем с тебя, Магдалена.

Девушка, о которой шла речь, поджала губы, но тут один из швейцаров прошел через комнату из кухни в фойе. Магдалена проследила за ним взглядом, и на ее лице появилась улыбка. Невпечатляющий блондин примерно моего возраста улыбнулся в ответ, обменявшись улыбкой, на которую способны только двое людей, переспавших друг с другом.

При виде этой сцены глаза Синсары сузились, а затем расширились от понимания, когда швейцар вышел из комнаты. Она бросила взгляд на Магдалену.

— Ты шлюха! — она возмущенно посмотрела на Агнес. — Она, черт возьми, и с ним спала. Я, наверное, подхватила оспу!

Все за столом разразились смехом.

— Это совсем не забавно! Сараи! Тебе лучше это исправить, — крикнула Син, прежде чем выбежать из комнаты.

Сараи была целительницей и обычно проявляла сочувствие, но на этот раз она не выглядела такой обеспокоенной, едва оторвав взгляд от своей газетенки со сплетнями и отправив в рот еще одну виноградину.

Агнес на мгновение закрыла глаза, в ее голосе слышалось разочарование.

— За ней можно будет присмотреть после того, как мы здесь закончим.

Взгляд Кармеллы метнулся к Агнес.

— Ты настолько бесчувственная? Зная, с кем спит Магдалена, она могла заболеть чем-то похуже оспы. Она могла умереть! — Кармелла вскочила со стула и потащила сестру из комнаты.

Джули вздохнула.

— В самом деле, Магдалена. Видишь, какие проблемы ты доставляешь?

— Я! Я не заставляла ее спать со швейцаром. Она все равно считает себя королевой; что она делает с прислугой?

— Может быть, она любит его! А ты просто трахаешься с ним, как шлюха!

— Знаешь что, Джули? Меня тошнит от твоего дерьма типа "люблю, люблю, люблю". Я буду трахаться с кем захочу. На самом деле, я думаю, что пойду найду Элис прямо сейчас! — Магдалена бросила салфетку на стол, прежде чем вышла из комнаты.

— О, нет, ты этого не сделаешь, ведьма! — Джули закричала, догоняя ее.

Фара, Марлена и я посмотрели на Агнес, которая прижала руки к вискам. На мгновение воцарилось молчание, прежде чем она заговорила.

— Не думаете ли вы трое рассказать мне, что вы запланировали на День Всех сестер?

Мы все покачали головами.

— Хорошо, — пробормотала она, прежде чем схватила кувшин с вином и вышла из комнаты.

Транспаранты висели от одного здания к другому. Женщины махали полотенцами из высоких окон. Цокот лошадиных копыт по каменным улицам Северной части города и радостные крики горожан наполнили утренний воздух.

Казалось, что каждая королевская семья присутствовала на ежегодном Королевском фестивале, даже несмотря на то, что принц, управлявший этим городом, был предателем. И я задавалась вопросом, насколько нормально это было для Алирии, учитывая, насколько холодными они, казалось, были по отношению ко всему этому. Не похоже, что они могли вернуть Симбию обратно — не тогда, когда две тысячи человек Максима выстроились вдоль улиц и блокировали ворота и порты.

Мои глаза сузились, когда Максим проезжал мимо, королева и принцесса Симбии, их советники и придворные женщины следовали за ним.

Если ты не можешь победить — обмани. Почему я вообще доверяла слову Максима? По крайней мере, из его длинного рта не вышло ничего предосудительного. Пока.

Все девушки столпились вокруг меня, пытаясь получше разглядеть принца поверх голов Неприкасаемых, которые проделывали огромную работу по сдерживанию толпы. Никто не приближался к ним ближе чем на пару футов.

Принцесса Лучиана была еще красивее в жизни… к сожалению. Она ехала в боковом седле на жемчужно-белой лошади, ее изумрудно-зеленые юбки ниспадали каскадом по бокам. Мне вдруг стало интересно, называл ли Уэстон ее принцессой. Фу, гадость.

— Беда! Твоя мать на десять часов! — сказала Джулиана.

Я остановилась, повернувшись, чтобы посмотреть в толпу.

— Твои остальные десять часов!

О.

Услышав смех девочек, я повернулась в другую сторону. Моя мать действительно направлялась сюда, рядом с ней был Клинтон. Я бы предпочла причинить себе телесные повреждения, чем прямо сейчас разговаривать с клятвопреступником моей матери. Я немедленно пошла в другом направлении, протискиваясь сквозь плотную толпу.