— Остановись, пожалуйста. — Она произносит последнее слово с таким чувством, что мне становится не по себе.

— Мы собираемся пожениться, — продолжает она.

— Жениться? Кто сказал?

— Мы говорили об этом. Он спросил меня, и я согласилась.

— Сиси… еще слишком рано. Пожалуйста, подумай об этом. Ты не должна делать это только потому, что переспала с ним. — Я не хочу, чтобы она сделала что-то, о чем будет жалеть всю оставшуюся жизнь, только потому, что легла в постель с мальчиком.

— Нет… это просто делает меня более уверенной. Нам хорошо вместе. Мы понимаем друг друга. Пожалуйста, Марчелло. — По тому, как она умоляет меня, трудно сказать «нет».

— Мы поговорим об этом. Я должен обсудить это с Бенедикто, — добавляю я, хотя знаю, что Бенедикто будет более чем рад браку. Это было его намерением с самого начала. Тем не менее, осознание этого делает всю ситуацию еще более сомнительной. Почему мне кажется, что здесь есть что-то еще? Что-то, о чем Сиси не говорит?

Если я узнаю, что Рафаэло принудил ее… Я не буду стоять в стороне.

Я выхожу из палаты, пытаясь успокоить свой взвинченный нрав. Сиси явно расстроена из-за выкидыша, и я не хочу, чтобы это повлияло на ее решение.

Чувствуя, что ситуация просто выше моих сил, я делаю единственное, что приходит мне в голову.

Я звоню Каталине.

В тот момент, когда я вижу ее, идущую к нам, я теряю всякий смысл. Она как вода для истощенного человека. И я пью ее. На ней темные джинсы, что для нее впервые, в паре с обтягивающей белой блузкой, подчеркивающей ее изгибы. Черт побери, если я не таращусь.

Она еще красивее, чем раньше.

Она останавливается передо мной, и мы оба неловко смотрим друг на друга. Я молчу, и она тоже. Ее рот слегка приоткрывается, язык смачивает нижнюю губу. Мне кажется, что я могу стать твердым от одного только этого зрелища.

Чтобы предотвратить неловкий инцидент, я беру инициативу на себя.

— Сиси там. Ты должна пойти. — Она нахмуривает брови, услышав мои слова. Черт! Я должен был помнить, что мой голос уже не такой, как раньше.

Она смотрит на меня секунду, ее рот все еще открыт, прежде чем кивнуть. Она неохотно двигается, проходя в палату Сиси.

— Что с вами двумя? — спрашивает Венеция, когда я сажусь рядом с ней.

— Что ты имеешь в виду?

— Вы что, собираетесь разводиться?

— Нет, не разводимся.

— Круто. Это круто. — Она кивает, переключая свое внимание на телефон.

Примерно через час Лина возвращается, закрывая за собой дверь.

— Как все прошло? — спрашиваю я, стараясь свести волнение в голосе к минимуму. Речь идет об Ассизи.

Она качает головой.

— Я сейчас пойду к ней. — Венеция скептически смотрит между нами двумя.

— Конечно. — Я киваю ей.

— Не хочешь ли выпить чего-нибудь? — я снова поворачиваюсь к Лине, когда Венеция уходит.

— С удовольствием, — отвечает она, на ее щеках появляется легкий румянец.

Мы идем в кафетерий, берем по чашке кофе и, найдя свободный столик, присаживаемся.

— Итак, — начинает она, не отрывая взгляда от чашки кофе в своих руках, — как ты поживаешь?

— Хорошо… Я хорошо себя вел. — Почему я тревожусь? И почему я отвечаю на самые простые вещи? Я качаю головой и говорю себе, что нужно просто плыть по течению. Нет причин волноваться по этому поводу, хотя мне требуется вся моя сила воли, чтобы не смести ее с ног в ближайшую уборную и не вытрясти из нее всю жизнь.

Боже! Я внутренне содрогаюсь от направления своих мыслей. В кого я превратился?

— Марчелло? — Лина наклоняется вперед и смотрит на меня с тревогой в глазах.

— Да? — я быстро моргаю, пытаясь успокоиться.

— Я задала тебе вопрос.

— Извини, я не расслышал. — Я хмурюсь. Я не хочу, чтобы она думала, что я не обращаю на нее внимания, хотя это все, что мне удается делать.

— Ты знал о Сиси и Рафаэло? Я просто не могу поверить, что они… — она прервалась.

— Занимались сексом?

— Да. — Этот румянец снова появляется, привлекая внимание к ее веснушкам… заставляя меня хотеть поцеловать каждую из них… одну за другой… Я снова встряхиваю себя. Почему я такой озабоченный? Прошло всего два месяца! В прошлый раз было десять лет, и у меня не было никаких проблем.

— Я тоже не понимал. Но если она хочет выйти за него замуж. Я не буду стоять между ними.

— Это хорошо. Она заслуживает счастья, — добавляет Лина, ее пальцы судорожно сжимаются. Это единственное, что говорит мне о том, что она тоже немного нервничает.

— Я скучал по тебе, — внезапно говорю я, не в силах долго сдерживаться.

— Я тоже по тебе скучала.

— Я работаю над собой и думаю, что нахожусь на правильном пути, — признаю я.