– Она уже помолвлена, Элизабет, – многозначительно говорит мать, и в ее тоне слышится упрек. Будь я тоже помолвлена, мне бы предоставили больше свободы.

Мама столько раз приводила Эмму в пример, что я бы начала ее ненавидеть, если бы она не была такой душкой.

Мы познакомились, когда нас обеих представляли ко двору, и быстро сдружились. Она живая, бесхитростная, и с ней приятно проводить время.

С первой встречи мы держались вместе и всегда находили темы для разговора. Раньше у меня никогда не было близкой подруги, поэтому появление Эммы стало настоящим праздником – особенно сейчас, когда я больше всего нуждаюсь в поддержке.

Эмма – дочь виконта Беркли, чей титул сейчас принадлежит ее брату, и на первом же балу ей посчастливилось привлечь внимание графа Фоли. Но самое главное то, что у них будет брак по любви, и я очень за нее рада.

Когда мы подъезжаем к резиденции Вустеров, оркестр уже играет мелодию и кадриль в самом разгаре.

Как только нас объявляют, мы приветствуем хозяев, и Оливия с мужем сразу уходят поговорить со знакомыми, оставляя меня с мамой.

Она с улыбкой оглядывает танцевальный зал и бросает на меня красноречивый взгляд, практически приказывая мне потанцевать сегодня вечером, иначе будет хуже.

Удрученно вздохнув, я осматриваюсь по сторонам и замечаю, что Эмма, ее мать, вдовствующая виконтесса Беркли, и брат, лорд Беркли, стоят у стола с закусками.

Моя мама тоже видит леди Беркли и призывает меня присоединиться к ней, а сама устремляется к своим знакомым на другом конце бального зала.

– Не похоже, что ты рада быть здесь, – шепчет Эмма мне на ухо, когда я подхожу ближе.

Я печально киваю.

– Мама заставляет танцевать, и, боюсь, у меня заканчиваются отговорки, – вздыхаю я. – Идей больше нет, к тому же она знает, что я делаю это нарочно.

– Бедняжка, – шутливо воркует Эмма. – Ты ведь умрешь, если потанцуешь с кем-нибудь, да?

У меня вырывается смешок.

– Это было бы дурным тоном, не так ли?

Я поворачиваюсь к леди Беркли и ее сыну и приветствую их, вежливо улыбаясь, после чего Эмма снова привлекает мое внимание, рассказывая о своей последней прогулке с лордом Фоли и о том, как сильно он ей нравится.

Я молча слушаю восторги по поводу ее кавалера и даже немного завидую, что она может разделить чудесные моменты с возлюбленным, в то время как мой… пропал. И может вообще никогда не вернуться.

После последнего письма Амона прошло уже две недели, и я не нахожу себе места от беспокойства, выстраивая всевозможные сценарии один мрачнее другого, почему он мне не пишет.

Сначала я была в отчаянии, думая, что он попал в руки ковена и пострадал, но потом мне в голову закралась мысль, что, возможно, я ему больше не нужна. Или же он узнал, что мама запечатала мои способности и теперь я бесполезна.

– Леди Элизабет, вы сегодня выглядите необыкновенно, – делает мне комплимент лорд Беркли.

Я натянуто улыбаюсь.

– Спасибо, лорд Беркли. – И склоняю голову.

– Терренс, ты должен с ней потанцевать, – внезапно говорит Эмма.

Брови ее брата удивленно взлетают.

– Эмма, – шиплю я на нее, не в силах поверить, что она выдала такое.

– Твоя мама хочет, чтобы ты потанцевала. Это твой шанс продемонстрировать ей свое примерное поведение. И так тебе не придется терпеть ухаживания от какого-нибудь грубияна. По крайней мере, ты знаешь Терри, – объясняет подруга.

Ее брата, похоже, подобное предложение не смущает. Немного поразмыслив, я задумчиво киваю, потому что это и правда могло бы помочь.

Заметив, что я обдумываю просьбу, лорд Беркли поворачивается ко мне.

– Не окажете ли вы мне честь, подарив следующий танец, леди Элизабет? – спрашивает он, протягивая руку.

На мгновение я замираю.

Сердце начинает бешено колотиться в груди, стоит мне вспомнить Амона и бал-маскарад. И все же Эмма права. Мама продолжит заставлять меня танцевать и не отстанет, пока не подберет кавалера на свой вкус. По крайней мере, так это будет знакомый мне человек.

– С удовольствием, – отвечаю я и вкладываю свою ладонь в его.

В этот же момент кадриль заканчивается и оркестр переходит к менуэту.

Танец почти не требует прикосновений или близости, и я всей душой благодарна за эту маленькую милость. Но как бы ни старалась наслаждаться балом, особенно когда все вокруг меня раскраснелись и радуются музыке, у меня совершенно ничего не получается. Я могу думать лишь о едва заметной улыбке Амона, о том, как он кружил меня по танцполу и прижимал к своему телу, игнорируя всех и отбросив условности.

– Вы выглядите задумчивой, – говорит лорд Беркли.

– Простите меня. – Я краснею, пойманная на фантазиях о ком-то, кто, безусловно, не является моим партнером. – Я немного рассеянна, полагаю. Не очень люблю танцевать, – вру я.

На самом деле я люблю, очень люблю танцевать. Но лишь с одним мужчиной…