Несмотря на то что я привыкла к своей участи и пытаюсь извлечь лучшее из сложившейся ситуации, я прекрасно осознаю, что моя жизнь далеко не идеальна. Большинство дней я с удовольствием занимаюсь своими растениями, но бывают моменты, когда мне хочется броситься с балкона в океан, – и я бы, наверное, так и поступила, если бы не скалистые утесы, которые разорвут меня при падении.

– Она хочет вас видеть. В своем кабинете, – сообщает Мели.

Коротко кивнув, я покидаю сад и прохожу в дом следом за ней.

На первом этаже расположены кухня и кабинет, а наверху только одна комната, моя спальня.

– Мама? – Я склоняю голову в знак приветствия.

И тут же замечаю ее нарядное платье; оно зеленого цвета с золотыми вкраплениями, а корсет укреплен костями гейки – редкого и дорогого создания. Такие наряды доступны только богачам, по крайней мере, так я читала в книгах.

Я прикусываю губу, невольно сравнивая нашу одежду.

Опустив взгляд, смотрю на то, что некогда было темно-синим платьем. Теперь подол выцвел, а в некоторых местах виднелись пятна, оставшиеся от удобрений. У меня не так много одежды – по словам матери, она мне все равно никогда не понадобится. Но то немногое, что у меня есть, просто в ужасном состоянии и давно нуждается в замене.

Наверное, мне стоит попросить новые вещи в качестве подарка на день рождения.

Однако есть нечто, что я хочу больше всего на свете. И ради этого я готова еще год ходить в изодранных платьях.

– Пойдем, Села. Мне нужно немедленно с тобой поговорить.

Я киваю, обеспокоенная ее тоном.

Выдвинув стул напротив нее, сажусь и принимаю надлежащую позу: спина прямая, руки чинно сложены на бедрах, взгляд устремлен прямо перед собой.

Может, я и отрезана от общества, но не дикарка – по крайней мере, мне хочется в это верить.

По правде говоря, я выучила манеры благодаря чертовым книгам, чтобы произвести впечатление на мать и, возможно… возможно, заставить ее навещать меня еще чаще.

– Что-то случилось, мама? – спрашиваю я ровным тоном.

Она натянуто улыбается.

У нас одинаковые черты: бледное лицо, черные волосы и темно-синие глаза. Мы даже могли бы сойти за близнецов, если бы не два отличия. У меня губы более пухлые, а у нее на левой скуле есть родимое пятно в форме клевера – наверное, именно поэтому Мели называла ее Госпожой Удачей.

– В империи начались беспорядки. Я собираюсь выставить больше охраны вокруг дома. Если ты что-нибудь услышишь, если вдруг кто-то проникнет внутрь, ты знаешь правила. Спрячься в восточной комнате.

– Что за беспорядки?

Мама поджимает губы.

– Император убит. По всей столице и на границах империи замечены группы мятежников. Сейчас лучше проявлять осторожность.

– Но разве это не к лучшему? Именно этого ты и ждала все это время! – восклицаю я, искренне радуясь за нее.

С раннего детства я слышала, как сильно она ненавидит императора и империю. Но когда я смотрю на нее, моя улыбка медленно гаснет.

Мама не выглядит счастливой. Если уж на то пошло, она кажется уставшей: под глазами у нее залегли темные круги, а лицо осунулось.

– Это и впрямь стало бы радостным событием. Но сейчас, когда мятежники разгуливают на свободе, ситуация только обострилась.

– Но… что насчет сопротивления Милены? Возможно, оно могло бы объединиться с мятежниками и…

– С каких пор ты разбираешься в политике, Села? – Мама бросает на меня суровый взгляд. – Новый император уже коронован. Совсем скоро по всей империи начнут разыскивать предателей, и все они будут казнены в качестве подношения Вессару, – говорит она, упоминая древнего виссирийского бога и, по случайному совпадению, бога войны.

– Я не понимаю…

– Конечно, не понимаешь. Это касается взрослых. В любом случае ты должна быть осторожна, если вдруг услышишь что-то необычное. Я не смогу приехать, пока ситуация в столице не стабилизируется.

Я хмурюсь.

Почему она зависит от положения дел в столице? Она там даже не живет.

Ничего не понимаю.

Она ведь должна радоваться смерти императора.

– Кто стал новым императором?

Ее губы кривятся от отвращения, а на лице мелькает что-то похожее на чувство вины.

– Он поведет империю в новую эру, – неопределенно отвечает мама, прежде чем встать и направиться к двери.

– Сегодня мой день рождения, – говорю я ей вслед, пораженная тем, что она вообще не упомянула об этом.

– Верно, – отвечает мама после минутного раздумья, словно это совершенно вылетело у нее из головы. – С днем рождения.

– А подарок? – Я мило улыбаюсь.

Она открывает рот, чтобы что-то сказать, но тут же закрывает.

– Мне жаль. Я не смогла найти его.

– Но я отдала тебе картинку в прошлом году, – тоскливо говорю я, намекая на очевидное.

У нее было время найти его.

На каждый мой день рождения она дарит мне подарок и спрашивает, что бы я хотела получить в следующем году.

Надеясь на исполнение моего самого заветного желания, я отдала ей страницу из книги, в которой подробно описывался пурпурный цветок, росший только в северной части империи. Да, это довольно далеко, но за год она могла бы попросить кого-нибудь раздобыть его, не так ли?