– Тогда давай сделаем это, – заявляю я.

И открываю страницу с заклинанием, которое он отметил. Пока Амон читает его вслух, я вожу пальцем по тексту, пытаясь запомнить правильное произношение.

– Оно обеспечит тебе временную броню.

– Насколько временную?

Его губы растягиваются в грустной улыбке.

– Всего на пару секунд. Вот почему нам нужна комбинация заклинаний.

Я что-то неразборчиво бормочу себе под нос, но в конце концов у меня получается произнести слова вслух, как это делал он.

– Не сработало, – хмурюсь я.

– Что ж, давай проверим. – Амон поднимает руку, и под моим пристальным взглядом она превращается в острое лезвие.

Я почти забыла, что он на такое способен.

Он подносит лезвие и вонзает – скорее, слегка тычет – в меня.

Но вместо того, чтобы пронзить плоть, наталкивается на какой-то невидимый барьер.

– О боже. Действует! – восклицаю я, и мои глаза расширяются от удивления.

– Точно, – усмехается Амон. – Но помни: его можно использовать только раз в полтора часа. Возможно, стоит приберечь его для более сильных ударов.

Я киваю и снова пробегаю глазами по заклинанию. Его не так уж сложно запомнить – всего пара строк.

– Хорошо, что дальше? – Я встречаюсь с ним взглядом, чувствуя неведомое прежде воодушевление.

Возможно, заклинания не такие сложные, как я думала изначально. А чувство, когда все получается, невероятно воодушевляет.

Мы пробуем еще несколько защитных заклинаний, и в одном из них я узнаю то, которое Рианнон использовала во время схватки с Авелем. Однако оно немного сложнее, и когда я заканчиваю повторять его, у меня начинает кружиться голова, так что нам приходится прерваться.

– Выпей. – Амон усаживает меня на кровать и дает стакан воды.

– Спасибо, – бормочу я.

– Ты молодец, родная. Знаю, это тяжело, но, честно говоря, они нужны по большей части ради моего спокойствия. Я должен знать, что ты сможешь постоять за себя, когда придет время.

– Конечно.

Всю оставшуюся неделю мы каждую возможную секунду проводим вместе, отрабатывая заклинания, которые оставила для меня Лидия.

Амон оказался отличным учителем с безграничным терпением и удивительной проницательностью. Если бы я уже не была влюблена в него по уши, точно бы потеряла голову просто из-за его безупречной тактичности и обаяния.

Мне мало что известно о его прошлом, но я хорошо помню, что когда-то он был генералом армии. И отчетливо вижу, как это отразилось на его манерах. Он говорит с такой убежденностью, что хочется ловить каждое его слово и подчиняться каждому приказу. Но больше всего меня поражает его колоссальный опыт, с которым он подходит к этой миссии.

Он уже составил основной план и множество запасных, учитывая все возможные варианты развития событий.

– Ты уверена, что готова, любовь моя? – шепчет он мне в волосы, держа меня в объятиях. Это наша последняя ночь перед тем, как мы приступим к осуществлению плана.

– Да. И у нас все получится. Скоро в поместье прибудет ковен. Нужно вернуть ожерелье до их приезда.

– Ты права. В зависимости от того, насколько опытны представители ковена, они могут почувствовать магию, если мы будем творить ее в их присутствии.

– Мы справимся, – шепчу я в надежде подбодрить себя.

– Главное, помни: если забудешь слова заклинания, просто позови меня по имени, и я мысленно передам их тебе.

– Все будет хорошо, – шепчу я, крепче прижимаясь к нему.

Мы засыпаем в обнимку. Я настолько привыкла спать с ним, что уже даже не представляю, как мне раньше удавалось засыпать одной.

Амон был прав. Наша связь выходит за рамки привычных отношений. Рядом с ним я чувствую себя необычайно цельной. Каждая моя частичка вибрирует в унисон с его частичками. Мы дополняем друг друга, словно две идеально подобранные детали головоломки.

Он намекнул, что причина этого скрывается в воспоминаниях Селы, и мне уже не терпится узнать о нашем прошлом – о том, как все началось.

Я замечаю, что Амону трудно утаивать его от меня, а иногда ему приходится сдерживаться, чтобы не выдать слишком многого. При этом я четко понимаю, что большинство наших самых приятных воспоминаний осталось именно в том прошлом. И этого мне более чем достаточно, чтобы довести дело до конца.

Мне нужно знать, кто я. Кем была.

Следующим утром мы просыпаемся и не спеша одеваемся, еще раз обговаривая детали плана. Когда мы готовы, Амон переносит нас ко входу в церковь.

– Ты в порядке? – Я с тревогой смотрю, как его глаза меняют цвет от светло-голубого к темно-красному.

Он натянуто улыбается.

– Через минуту буду. Вначале всегда тяжело. Тюрьма стремится удержать меня внутри, и даже здесь я чувствую потоки чистой энергии, которые пытаются утащить меня обратно. И чтобы справиться с ними, нужно немного сосредоточиться.

Амон садится на ближайший валун и делает глубокие вдохи и выдохи, стараясь прийти в себя.