Если они хотят поиграть со мной, то пусть знают, что я не слабачка и меня так просто не запугать.

Открыв все замки, я выскакиваю из дома и перехожу дорогу, направляясь к Старой Церкви.

Музыка все еще гремит, и в ночной тишине она кажется еще громче. Но когда я останавливаюсь перед входом, мелодия внезапно меняется. Я узнаю Токкату Баха, чье звучание завораживающе прекрасно.

Кожа покрывается мурашками, и я замираю, вцепившись пальцами в ржавую дверную ручку.

Звук разносится в ночи, словно окружая меня защитным коконом, и единственное, чего я сейчас хочу, – это сохранить мелодию в сердце и позволить ей звучать бесконечно.

Но потом вспоминаю, что все это может оказаться бессмысленной шуткой, и снова выхожу из себя.

Мои руки сжимаются в кулаки, и, прежде чем успеваю передумать, делаю шаг вперед и распахиваю дверь. К моему удивлению, она легко поддается.

Но разве она не должна быть заперта?

Это только укрепляет мое решение идти вперед. Если дверь не заперта, значит, ее, несомненно, кто-то открыл.

На входе меня встречает небольшая аркада.

Все вокруг погружено во тьму, и только лунный свет проникает сквозь богато украшенные витражи. Атмосфера невероятно завораживает, особенно пока в воздухе разливается мелодия.

– Тут есть кто-нибудь? – спрашиваю я, но громкая музыка заглушает мой голос.

Я медленно, шаг за шагом, продвигаюсь вперед, пока не достигаю нефа. В каждую сторону расходятся проходы. Внутри церковь с ее высокими сводами кажется просто огромной, хотя снаружи так и не скажешь.

Для такого городка она даже слишком велика, и я вдруг задаюсь вопросом, кто мог бы ее построить. Неужели богатый меценат?

По бокам расположены небольшие галереи с витражными окнами, сквозь которые проникает лунный свет.

В дальнем конце находится возвышение для хора, а в углу я замечаю орган, повернутый задней стороной к проходам.

Мелодия все еще разносится в воздухе – повторяется снова и снова. Но когда я добегаю до середины нефа, внезапно затихает.

Мои глаза расширяются. Подумав, что преступник увидел меня и готов сбежать, я бросаюсь к хорам.

Через несколько секунд оказываюсь рядом с органом, немного запыхавшись, и заворачиваю за угол.

– Поймала… – Я замолкаю, никого не обнаружив.

Более того, клавиши покрыты толстым ровным слоем пыли. Очевидно, их никто не касался долгое, долгое время.

– Что за… – шепчу я, начиная нервничать.

Но у меня нет времени на размышления. Краем глаза замечаю движение, а потом слышу, как по церкви разносится эхо шагов.

– Стой! – кричу я, полностью уверенная, что внутри кто-то есть.

Я направляюсь в сторону звука и снова достигаю главного входа. Дверь плотно закрыта, и когда открываю ее, по скрипу понимаю, что никто не выходил.

Что за…

Сердце громко бьется в груди, а мысли проносятся со скоростью света.

Кто это был?

Кто, черт возьми, это был?

Меня не волнует, что я проклинаю Дом Господень, пусть даже мысленно. Меня уже ничто не волнует, кроме всепоглощающего, неведомого прежде страха.

Если это правда розыгрыш, то он удался. Я в полном ужасе.

И беспокойство только нарастает, поэтому решаю покинуть странную церковь.

Ступив на узкую тропинку, ведущую обратно к дороге, я то и дело озираюсь по сторонам. И так усердно стараюсь избежать встречи с подозрительной личностью, что даже не замечаю, как врезаюсь в глухую стену.

– Что-о-о! – восклицаю я и отскакиваю назад, готовясь закричать так громко, чтобы услышал весь город.

– Тише. – Резкий мужской голос проникает сквозь туман в моем сознании.

Но уже слишком поздно. Срабатывает инстинкт самосохранения, в памяти всплывают приемы из культового фильма «Семь самураев», и мой кулак летит в лицо мужчине прежде, чем я успеваю себя остановить.

С другой стороны, если он достигнет цели, значит, передо мной не призрак.

К сожалению, я не касаюсь его лица. Но не потому, что человек передо мной оказался бесплотным, а потому, что он накрывает мой сжатый кулак своей собственной рукой, не давая мне ударить его.

От шока у меня отвисает челюсть, и я могу только ошеломленно смотреть на него.

– Ты не призрак, – довольно глупо заявляю я.

Его губы изгибаются в улыбке, от которой у меня внутри все взрывается – от страха или от восхищения, точно не знаю.

Незнакомец немного выше меня, но даже в ночной тьме я могу разглядеть его темные волосы и пугающе светлые глаза – настолько светлые, что словно светятся в лунном сиянии. Он сложен как атлет и весь состоит из рельефных мускулов и твердых линий – неудивительно, что я почувствовала, будто врезалась в стену.

– Кто ты? – шепчу я. Мой кулак все еще зажат в его руке, и я отчетливо чувствую его прикосновение, отчего по спине пробегает колючая дрожь.

Прежде чем успеваю все хорошенько обдумать, я выдергиваю руку из хватки, не сводя с него глаз.