Герцог вновь скользнул по мне задумчивым взглядом и исчез, сказав напоследок:

— Доброго вам вечера, Ария… Transferendis…

И вот мы остались с Аспидом одни.

Повернувшись к нему, словно овца на заклание, я заглянула в его глаза и отшатнулась, увидев в них безудержную ярость!

“Но у человека есть одно замечательное свойство: если приходится все начинать сначала, он не отчаивается и не теряет мужества, ибо он знает, что это очень важно, что это стоит усилий.”

451 градус по Фаренгейту. Рэй Брэдбери.

Мужчина молча кивнул головой на выход, требуя идти за ним.

В кабинете мага царил настоящий хаос: по темному деревянному полу были разбросаны сотни комков из мятой бумаги, на столе уже почти складывалась целая пирамида из книг, а на кожаном кресле лежали… бледно-розовые пуанты.

— Это мои пуанты? — удивилась я.

— Да. Присаживайся, Ария.

Я не стала расспрашивать, зачем безумному магу понадобились мои вещи — и так голова жутко болела от накопившихся вопросов. Да и плохое настроение мужчины не сулило ничего хорошего. Мое сердце на секунду екнуло.

Кажется, Киллиан немного успокаивался: расслабился на диване, закинув ногу на ногу, и принялся разглядывать мое лицо. Мне мгновенно стало неловко от его пристального взгляда, но я не отвернулась — из гордости, конечно же.

В кабинете повисла тишина. И это напряженное молчание меня убивало. Слегка нервно разгладив ткань юбки на коленях, я робко произнесла:

— Киллиан?

Всего на миг в светло-серых глазах мага показались истинные эмоции: неподдельное беспокойство и даже отголоски боли. Я опешила. Откуда же им взяться? Киллиан даже ни разу не проведал меня за это время.

— Пожалуйста, выпей чай, — тихо попросил мужчина.

В его белых волосах затерялся снег, который можно было заметить лишь при пристальном наблюдении. Выглядел он как всегда прекрасно: настолько прекрасно, что у каждой девушки, если на секунду забыть, что он ужасный и жестокий маг, наверняка захватывало дух при виде него, и я не была исключением. Я все же отвела глаза. А потом послушно взяла чашечку чая, которую не заметила ранее.

От черного напитка шел пар, в нос ударил стойкий аромат бергамота и чего-то еще… что же это? Что-то неуловимое, сладкое и горькое одновременно… Я присмотрелась к плавающим измельченным листьям розы и подняла глаза на мужчину.

— Эликсир Випара? Вы с ума сошли тратить на меня яд черного шершня?

Эликсир Випара обладал удивительным свойством — излечивать людей от всех болезней, и за яд черного шершня, редчайшего из ядов, могли убить, даже не раздумывая.

Глаза мага сверкнули, он усмехнулся:

— Меня начинают пугать твои познания, моя милая звездочка. Особенно те, что ты взяла из украденных тобой книг.

Я аккуратно поставила ценный напиток на стол, нервничая, вдруг ненароком пролью? Он полагал, что мне будет стыдно? Стыдно мне не было. А в свете подаренной им литературы с говорящими пошлыми названиями я и вовсе потеряла остатки приличия.

У меня снова раскалывалась голова от стремительно накатывающейся слабости, я незаметно, как я думала, поморщилась, заставляя Киллиана гуще хмуриться.

— Пей. Вчера был последний день, когда я предоставлял тебе право выбора, — спокойно сказал мужчина.

— В каком смысле последний? — я нахмурилась.

— В прямом. Пей, Ария. Ради всего святого не выводи меня на эмоции.

Я не умирала. Даже переломов не было. Это просто очередная неприятность немного подкосила меня, вот и все. Это пережиточное и легко излечимое.

— Не буду, — я сложила руки в замок и отвернулась, чтобы маг не заметил то, как сильно я волнуюсь. — Вам этот эликсир явно нужнее. Или тяжело-раненым больным. Со мной все в порядке, не понимаю, почему вы так настаиваете.

Маг замолк, а когда я несколько растерянно на него взглянула, тот как-то странно прохрипел:

— Я не смогу его выпить. Почему ты всегда такая упертая?

Я сама впервые решила пойти на уступки:

— Если мне станет хуже, — сказала я, пока Киллиан внимательно за мной наблюдал, — я приму ваш эликсир.

— Что для тебя хуже? — закономерно поинтересовался мужчина, выгнув бровь.

— Когда я не смогу подняться с постели.

Пауза. И мрачное:

— Нобу был прав.

— В чем? — Я задумалась и знатно удивилась: — Нобу? Вы имеете в виду премьер министра Шаттергарда — господина Нобу?

Эта неоднозначный человек часто фигурировал в романе — сильный ментальный маг с медовыми глазами. Такая была его характеристика.