Подъезжая к нужному дому в Кейп-Коде, я умираю от желания глотнуть чего-нибудь крепкого, хотя на часах нет и полудня. Припарковавшись, пишу брату сообщение, но тот не отвечает – видимо, на тренировке. Синяки у Слоан налились темным, и вид у девушки донельзя усталый, но держится она молодцом, не жалуется. Я помогаю ей вылезти из машины и подняться по ступенькам бело-красного дома.
Нажимаю кнопку звонка.
Никакой реакции.
Три раза стучу кулаком.
Тишина.
– Идиот! – шиплю я. – Опять врубил «Металлику» и пошел делать свои восемь тысяч отжиманий? Мелкий засранец…
Слоан поднимает на меня взгляд – кроме боли в нем сквозит тревога. Ободряюще улыбнувшись, я целую ее в висок.
– Он знает, что мы должны приехать. Не переживай. Сейчас придет.
Я берусь за ручку двери.
Не заперто.
Шумно выдыхаю: уж кому, как не братцу, знать, чем грозит подобная беспечность.
Заходим внутрь. В доме тихо. Интерьер, надо сказать, удивляет. Не зря Лахлан называл Фионна героем мелодрам. На журнальном столике, например, лежит кружевная салфетка.
Пройдя по коридору, я заглядываю в кухню, откуда есть выход на задний двор.
– Эй, дурилка! – кричу на весь притихший дом. – Хватит прятаться!
Что-то с силой бьет меня по черепу. Перед глазами вспыхивают звезды.
– Вот тебе, мразь! – раздается женский визг.
За ним следует второй удар, но тот приходится на машинально подставленную руку. Мне удается выхватить оружие у нападавшего.
Слоан вопит на все лады: «Эй, эй, эй!», а я, перехватив дубинку, другой рукой заталкиваю девушку себе за спину.
Дубинка оказывается… костылем?
– Ты кто, мать твою, такой? – орет тощая, лет двадцати с небольшим темноволосая фурия с загипсованной ногой. Шатаясь, она замахивается на меня вторым костылем.
Я выбиваю его из рук девчонки; деревяшка катится по полу, однако мелкая дьяволица остается на ногах. Я собираюсь толкнуть ее костылем в грудь, чтобы опрокинуть навзничь, но тут она выхватывает из-за пояса охотничий нож длиной чуть ли не в полметра.
– Я спрашиваю, кто ты, млять, такой?!
– Я?! Это ты кто, млять…
– Что ты с ней сделал? – орет девчонка, острием ножа указывая на Слоан, которая стоит рядом и машет руками, пытаясь нас угомонить. – Это ты ее избил?
– Совсем охренела?!
– На лоскуты порежу!..
– Давайте успокоимся. Похоже, возникло недоразумение. – Слоан делает крохотный шажок в сторону мелкой фурии. – Как тебя зовут?
Та стреляет в нее взглядом.
– Роуз.
– Роуз… Ясно. Будем знакомы. Я – Слоан.
– У тебя такой вид, будто тебе клоуны першем по башке дали, – говорит Роуз.
Слоан изумленно моргает.
– Э-э-э… Если честно, не поняла ни слова. Но это не он меня избил, правда!
– Ну да, конечно, – хмыкает Роуз, закатив глаза в точности как Слоан. – Просто толкнул тебя разок, да? Не хотел обидеть – случайно… Не вздумай защищать этого урода, милая моя! Я сейчас яйца ему отрежу, – рычит она, тыча в мою сторону ножом.
Я пытаюсь выбить его костылем, но девчонка уворачивается, а Слоан встает между нами.
– Нет, правда. Вот, видишь? Логотип «кархарт». – Она приподнимает кепку и указывает на отпечатавшийся во лбу кружок. Потом машет рукой в мою сторону. – А у него «конверсы».
– И где же та тварь, которая тебя так разукрасила?
– Сдохла.
– А это что за урод с тобой?
– Его зовут Роуэн, – говорит Слоан.
Роуз щурится, словно требуя пояснений.
– Он мой… э-э-э… Мы с ним… Ну, типа парень.
Роуз кривится, а я фыркаю и повторяю:
– «Типа парень»… Метко сказано.
– Заткнись, – шипит Слоан, оглядываясь через плечо, будто сомневаясь, стоит ли сообщать странной девице, что я брат Фионна. – Хоть бы помог, пока меня не зарезали.
Я качаю головой.
– Нет уж, лучше помолчу.
Слоан стонет и закатывает глаза – наверное, чтобы Роуз обзавидовалась. Она снова поворачивается к бешеной девице.
– Слушай, мне срочно нужно к врачу. Фионн ведь практикует, верно? А еще он брат этого остолопа.
Роуз недоверчиво косится на нас, долго раздумывает, но все-таки достает из кармана телефон. Держа нож наготове, она на секунду отводит взгляд, выбирая нужный номер из списка контактов. В трубке слышится гудок. Роуз прижимает телефон к уху, и из динамика раздается приглушенный голос Фионна.
– Здесь избитая девица с верзилой, который представился твоим братом. Он спер у меня костыль, – в двух словах описывает ситуацию Роуз. Фионн что-то неразборчиво говорит; она слушает, потом, вперив в меня злобный взгляд, дергает подбородком. – Назови свое детское прозвище.
Побледнев, я кошусь в сторону Слоан и трясу головой.
– Ни за что.
Девица, судя по зловещей ухмылке, ужасно рада.
– Вот и славненько. Значит, отрежу тебе яйца.
– Да? Подойди и попробуй! – рычу я и тычу в нее резиновым концом костыля.
Слоан отодвигает его в сторону.