Я оторвала три квадратика дешевой туалетной бумаги, и, естественно, как только просунула руку между ног, у меня зазвонил телефон.

«Блин!»

Я поспешила подтереться, спустить воду и выловить телефон из своей бездонной сумки, но, когда мне наконец это удалось, было слишком поздно. Я пропустила звонок.

Нажав на кнопку, чтобы включить экран, я увидела на нем три слова, которые пронзили меня ледяной стрелой.

Определитель гласил: «Тату-салон “Терминус”».

Наступил июнь.

Рыцарь вернулся.

Сглотнув, я заставила себя дышать дальше и глядела на эти слова до тех пор, пока экран не погас.

«Всё в порядке. Ты в безопасности. Если он звонит из “Терминуса”, значит, между нами сейчас тридцать или даже сорок километров. Он не знает, где ты. Ничего. Ты в порядке».

И тут мой телефон снова вспыхнул.

«Динь!»

Голосовое сообщение.

Рыцарь несколько раз звонил мне из Ирака, но я всегда стирала его сообщения, даже не прослушав. Я знала свои пределы. С ним я всегда была слабой. Я знала, что даже звук его голоса мне вреден.

Но, черт возьми, сегодня мой день рождения. И если уж в день рождения нельзя делать вредных вещей, то когда вообще можно?

Дрожащей рукой я поднесла светящийся кусок пластика к голове и задержала дыхание в пылающих легких. Мой палец нащупал кнопку «ответ» и вдавил ее.

– Эй, Панк. Я знаю, что ты не ответишь. Ты никогда не отвечаешь… теперь. Это ничего. Я понимаю. Я просто хотел поздравить тебя с днем рождения. Ты теперь выросла и можешь сама покупать себе чертовы сигареты. Если мы еще встретимся, может, ты и мне купишь. Надеюсь, все хорошо. Я… люблю тебя.

Щелк.

И я тут же раскаялась в своем решении.

Слова Рыцаря были легкими, но его голос звучал мрачнее, чем прежде. Дрожь, когда он говорил «это ничего», и пауза перед словами «люблю тебя» вызвали у меня острое желание помчаться к нему. Утешить его. Спросить, что с ним происходило в Ираке. Помочь ему справиться со всем этим, и неважно, каким ужасным это было.

Но Рыцарю уже нельзя было помочь. Я поняла это, когда увидела, как он голыми руками вырвал из земли этот несчастный куст. Я увидела это в его глазах зомби, когда он растягивал мой рот в фальшивой улыбке. Я почувствовала это, когда он ворвался в мое тело без моего согласия. Может быть, я и всегда все это знала, только не хотела с этим смириться.

Я все еще не хотела.

Бум! Бум! Бум!

– Эй! Вы все! Кончайте трахаться, идите сюда! Мы сделаем объявление! – раздался из-за двери голос Трипа, и я услыхала, как он лупит кулаком по двери Мэдди в конце коридора. – Давайте, подымайтесь, сукины дети! Важное объявление через пять минут!

Кинув телефон в сумку, я вытерла потекшую тушь, вымыла руки, заострила пальцами кончики светлых прядок своей короткой стрижки, расправила плечи и распахнула дверь. Едва я вышла в коридор, из комнаты Мэдди появился Стивен, напоминающий вампирический вариант вороньего пугала из «Страны Оз». Черные волосы всклокочены. Черная виниловая одежда висит на тощем теле. И, как и пугало, шагал он довольно неуверенно.

За ним шла такая же всклокоченная девица с лохматыми красными волосами и размазанной черной помадой. Судя по тому, что на лице у Стивена помады не было, я решила, что она была размазана по его члену.

Неудивительно, что Виктория была не в себе.

«Вот же дерьма кусок».

Мы все набились в гостиную, где Трип, Бейкер, Луис и Ганс стояли рядом с музыкальным центром. Трип открыл стеклянную дверцу шкафа и приглушил музыку, готовясь сделать свое «важное объявление».

Я понятия не имела, что это может быть, и слегка нервничала. А уж увидев сосредоточенное лицо Ганса, почувствовала себя еще хуже.

Взглянув на часы на усилителе, которые показывали 23:58, Трип прокричал:

– Леди и джентльсуки! Я знаю, что пьянка не пьянка, если на ней не выступает ваша самая любимая группа, «Фантомная Конечность»! – Трип развел руки в стороны, указывая на своих друзей. Толпа восторженно завопила. – Но у нас тут не просто пьянка. Это Пьянка, Пьянка, Пьянка, Пьянка! А Пьянка, Пьянка, Пьянка, Пьянка заслуживает другого, особенного представления!

Протянув руку в шкаф, Трип вывернул регулятор громкости стереопроигрывателя Стивена на полную мощность. Динамики протестующе крякнули, и комнату заполнил вибрирующий голос радиодиджея:

– Э-э-э-э-эй, привет все-е-ем! Это Рик Диксон, вы слушаете WATL, Рок-Радио Атланты. Сейчас полночь, а это значит – суббота уже началась! А что мы делаем по субботам? Слушаем ро-о-ок!