— Мне очень жаль, что так происходит в вашей жизни,— Диана подошла ближе и взяла ладони женщины в свои,— на все воля Господа, это безусловно, но все же не стоит исключать медицинское вмешательство. Скорее всего, есть какие-то болезни, и доктор Москатти сможет вам помочь.

Теперь улыбка Реджины стала теплее, она сжала ладони герцогини:

— Мне уже сорок пять лет, я слишком стара. Сколько я проживу? Три года или пять лет? Кому я оставлю этого ребенка? Мое время истекло, если Бог не дал, значит, такова его воля.

В какой-то степени она была права, Диана согласилась с ней. Она перевела взгляд на Филлипо, который разговаривал с конюхом и давал распоряжение поменять лошадей.

Такая несправедливость… Эти двое любящих людей, имеющих достаток, живут одни и не имеют возможность тратить их на собственное дитя. А те, кто живет впроголодь, беременеют так часто, что просят доктора Москатти совершить нечто страшное с их детьми- вытаскивать их до того, как они выйдут сами.

— Я верю, что у вас с герцогом будет много детей,— отвлекла от мыслей Реджина,— нашим землям надо много наследников, должна быть кровная сплоченность, потому что враги крепнут. Мы тоже должны крепнуть.

Услышав эти слова, Диана испытала угрызения совести. Она стала герцогиней, чтобы продолжать род Висконти, а отталкивает Его Светлость от себя при первой же возможности.

Но нет! Она пока не готова подпускать его к себе близко… Надо время… Много времени. Ей надо привыкнуть к образу жизни, к титулу, к мужу, а потом думать о детях.

— Я уверена, что так и будет,— кивнула Диана, но вдруг вспомнились слова про врагов. А кто враги? Фоскари? Да, потому что мечтают урвать кусок земли от Ломбардии. Но она о них знает многое, знакома. Медичи? А вот о них Диана не знала ничего и если ей предстоит познакомиться с Джовани Медичи, она должна иметь хоть небольшое представление о нем и его семье.

— Реджина, ты знакома с Джовани Медичи?

— Конечно, мы встречались на одном из карнавалов в Венеции. Правда это было давно. С тех пор он очень поднялся финансово и такие как мы, ему мало интересны. К тому же, ломбардцы.

— Расскажи мне о нем,— Диана увидела, как служанка Мария махнула ей рукой из гостевого домика, где уже подали обед. Тошнота прошла и даже в желудке заурчало. А может, ее укачало от того, что она была голодная?

Диана махнула ей в ответ и дала понять Реджине, что их ждут. Рассказ мог подождать, но знать все же очень хотелось.

Женщины медленно пошли к домику, где их ждал сытное мясное жаркое с картошкой. И пока они шли, Реджина начала свой рассказ:

— Стефано Висконти прирождённый воин, он рыцарь и он стратег. В тоже время он землевладелец, правитель земель, он решает все вопросы, что касается всей Ломбардии. Джовани Медичи ему полная противоположность: он финансист, владеет банком. Он не стратег, он стар и ничего не смыслит в войнах, но у него есть столько денег, что он может позволить купить весь мир. Только вот мир охраняется таким предводителем, как Стефано Висконти.

Теперь Диане стало более-менее ясна картина: кто и почему хотел оторвать кусок от Ломбардии.

— И кто же воюет от лица Медичи?

— Он нанимает кондотьеров (прим. автора: руководители военных отрядов). Есть очень умные и проворные кондотьеры, например, Франческо Сфорца. Но его услуги стоят больших денег. Кто ему платит, на того он и работает.

— Ты хочешь сказать, что войну можно выиграть с помощью денег?

— К сожалению! Джовани Медичи имеет столько денег, что может купить любого человека. Сфорца он тоже перекупил, а ведь тот работал на Висконти.

Диана даже остановилась, пытаясь расставить все по полочкам, хотя все прекрасно поняла сразу. Ей стало дурно от того, что она просила мужа снизить налоги, а сейчас деньги нужны больше там, в Форли, чтобы прокормить рыцарей, заплатить зарплату, возможно, нанять таких как Франческо Сфорца, услуги которых стоили наверняка сотни, а то и тысячи золотых скудо. Он ей отказал и его понять можно. Но это не давало ему право ей грубить.

— А что касается его семьи?

— Он женат и имеет трех сыновей и дочь. Двое сыновей уже выросли и перенимают дело отца. Банковская система вскоре окутает всю Италию и Европу, не только Флоренцию.

— Понятно,— кивнула Диана и зашла внутрь домика, где тут же ударил в нос запах горячей картошки с мясом. Разговоры забылись, а на первый план вышла еда.