Стефано стал надвигаться на него, упираясь острием меча прямо в горло. Доменико отступал до тех пор, пока не был прижат к стене:

— Почему я должен тебе верить? — Прорычал герцог.

— Я могу ненавидеть правителя миланского герцогства, враждовать и делить земли, но я не могу причинить боль той, которая честна и чиста, как ангел. Можешь убить меня! Но я умру со спокойной душой, потому что не виноват. Единственное, что меня будет терзать - виновник останется без наказания, а герцогиня в опасности. Я бы тоже хотел пронзить мечом того, кто посмел тронуть Ее Светлость, и если ты дашь мне возможность помочь тебе с поисками, то буду рад повесить лично этого человека.

Доменико ощутил, как сильнее уперлось в горло лезвие меча, он даже закрыл глаза, но потом перестал чувствовать это давление- герцог опустил меч.

— Ты мне не нравишься,— бурчал Стефано, пока шел вдоль коридора. Он опустил меч, не тронул Доменико. Но если бы он убил того, то вряд ли сам остался жив. Но дело было даже не в мести и не в смерти. Герцог поверил сыну венецианского дожа. Или… сделал вид, что поверил. Но если Доменико предлагает свою помощь, то этим надо пользоваться и взять из нее выгоду.

— Ты мне тоже,— лорд Доменико шел рядом,— но у нас нет выбора. Придется объединить наши силы и терпеть друг друга.

— У меня по-прежнему полно вопросов и поверь, к тебе тоже!— Стефано резко остановился и просверлил сына дожа испепеляющим взглядом. — Где в настоящий момент твой отец?

Синие глаза герцога слегка сощурились, ожидая ответа. Но даже секунда тянулась бесконечно, а он не любил ждать:

— В Венеции? С Медичи выбирают стратегию, как захватить замок Висконти в Милане?

— Он с Изабеллой,— тихо произнес Доменико,— три дня назад ее муж скончался.

Стефано даже опешил, слегка мотнул головой и нахмурил брови. Пока он воевал, то его бывшая любовница потеряла мужа. Интересно, она написала ему? Возможно, да, но записка не успела еще дойти… А возможно, нет, потому что ее горе так велико, что не было слов.

— Я не знал,— тон герцога тут же смягчился,— разве маркиз был болен?

— Это произошло скоропостижно. Накануне смерти все было прекрасно, но утром он не проснулся. Тело похоронили в Падуе. Сейчас его Серенити там, поддерживает дочь. Я вернулся утром.

Доменико склонил голову, обошел ошарашенного Висконти и направился к резной двери, которая являлась выходом из Дворца.

— Стой!— Стефано догнал его,— Падуя не так далеко, я хотел бы высказать свои соболезнования леди Изабелле.

Доменико слегка удивился. Но Стефано Висконти герцог и в его обязанность входит принести соболезнования от всего ломбардского народа. Даже поиски жены ушли на второй план. Это его слегка порадовало. Он найдет Диану первым, что добавит ему больше плюсов.

— Конечно, поедем сейчас же, — поклонился Доменико и вышел на улицу.

Он оставил Его Светлость наедине с Маурицио, у которого пропал дар речи. Он прекрасно был осведомлен о романе миланского герцога с дочерью венецианского дожа. Но чтобы в такую минуту она была важнее миланской герцогини- это было слишком.

— Ваша Светлость, не кажется ли вам, что вы поспешили с маршрутом?

Герцог просверлил его насквозь, а потом прищурил глаза:

— Мне плевать на маркиза, его жену и всех венецианских ублюдков. Мне нужно увидеть дожа. Смерть Карло Мантуанского отличный повод, чтобы это сделать в неофициальной обстановке.

Стефано Висконти отличный стратег. Маурицио знал это по войнам, но впервые увидел его в личном горе. Голову он явно не потерял и даже помощь Доменико Фоскари принял не просто так- он держал врагов близко. И тем более, не думал о сочувствии к леди Изабелле.

— Ты подозреваешь Фоскари младшего?— Задал вопрос Маурицио.

— Не знаю,— через пару секунд молчания произнес герцог,— возможно, что нет, он и правда не знает ничего о Диане. Уж больно правдоподобны были его эмоции. Но он выведет нас на того, кто мог это сделать. Пусть Франческо Фоскари вздрогнет, когда я приду к нему лично.

Они вышли следом за Доменико, проходя по небольшому саду, к воде, где их уже ждала гондола. Она доставила их к лошадям, и трое всадников пустились вскачь по равнинной местности Венецианской республики. Иногда им приходилось снижать темп, потому что дорога была размозжена от дождей и проезжающих карет. В такие минуты Доменико интересовался деталями похищения герцогини.

Видимо, ему с трудом верилось, что кому-то это было выгодно.

— Ты знаешь, что я взял в плен Лудовико Алидози? — Произнес герцог, сидя на черном жеребце, который грациозно переступал с ноги на ногу.

— Нет,— мотнул головой Доменико,— не я наступал на Ломбардию, а новости до меня еще не успели долететь. Но, конечно, о них осведомлены во Флоренции. Ты думаешь, Медичи мог выкрасть герцогиню взамен на Алидози?

— Вероятно,— согласился Висконти.