Спустя три дня после свадьбы Милош и Роза впервые вздохнули с облегчением, зайдя в дом на Цара Душана в Нови-Саде. Многодневное свадебное торжество, где надо было играть роль любящей пары, закончилось.

Из рук Милоша выпала сумка Розы, которую он занес в дом. Парень обернулся к молодой жене и улыбнулся, раскидывая руки в стороны. Она, смеясь, кинулась в его объятия, и он ее закружил.

– Это наш дом, Роза!

– Ура, Милош! Теперь я могу снять с себя эти юбки, массивные серьги, могу обрезать волосы еще короче…

– Не надо короче…

– Хорошо, не буду.

Затем они прошли в гостиную, и девушка ахнула, рассматривая обстановку. Родители Милоша были богатыми людьми, а судьба подкинула их сына цыганам…

– София будет жить с нами, когда вернется? Ведь это и ее дом.

– Мне кажется, София не уедет из деревни: слишком много воспоминаний у нее связано с этим местом. – Милошу взгрустнулось, потому что он тоже думал о Ясмин. В поселке у него был отдельный дом, но почему-то хотелось начать с чистого листа. Это не значит, что он предавал Ясмин, – он лишь продолжал жить без нее.

– Жаль, что бабушка отказалась ехать с нами, – вздохнула Роза. Девушка долго уговаривала бабушку Гюли уехать из Нови-Пазара, но та уперлась. Видите ли, она здесь по просьбе Анхеля: «Если он хотел, чтобы я жила здесь, то я буду жить именно здесь».

Милош подобрал сумку и направился к лестнице:

– Ты можешь пока спать в комнате Софии, а потом мы подготовим тебе комнату для гостей. Пойдем, я тебе покажу.

Он начал подниматься, а Роза остановилась возле лестницы, в недоумении провожая его взглядом.

– Что? – обернулся Милош. – Тебя что-то беспокоит?

– Второй этаж, Милош. Мне туда нельзя.

Парень замер, совсем забыв про это важное правило. И все потому, что они всегда жили в одноэтажном доме.

– Да, – кивнул он, – но ты же хотела снять эти длинные юбки, а значит, ты превратишься в настоящую сербскую леди.

– Да, но… – Роза уперла руку в бок, а вторую положила на лоб. – Не знаю, способна ли я так быстро изменить привычный уклад жизни. Можно мне пока пожить на первом этаже?

– Да. – Милош задумался, вспоминая, какие комнаты у них там есть, и стал спускаться вниз к Розе. – На первом этаже у нас гостиная и кухня, сад, который сейчас в запущенном состоянии, есть фонтан и техническая комната, кабинет отца, но спален нет.

– Я поживу в технической, – тут же вставила Роза. – Она же без окон? Что там? Швабры?

Милош кивнул, и Роза улыбнулась:

– Отлично, значит, это моя комната. Покажи мне ее.

Каково было его удивление, когда они оба обнаружили техническую комнатку наполненной бытовой химией, ведрами и швабрами; лопатами, лейками и граблями для сада. И эта комната – точная копия тех, в которых жила Роза в поселке в Нови-Пазаре.

– Ну нет! – вскрикнул Милош. – Ты приехала в роскошь, чтобы жить вот здесь? Опять в каморке без окон?!

Он нервно вышел в гостиную, уже мечтая переделать ее: отгородить половину с самым большим окном.

– Но я не говорила, что мне не нравится, – попыталась объяснить ему Роза. – Ты спас мне жизнь, и я благодарна тебе за это, но ты не обязан содержать меня и давать ночлег. Если предлагаешь, я не откажусь, но многого мне не надо. Этой комнатушки вполне хватит.

– Моя жена должна жить в комфорте. – Он указал на лестницу. – Подумай хорошо: это всего лишь ступеньки, но они скрывают все самое лучшее.

Роза не сомневалась. Там будет спать Милош: от того, что он рядом, и самой спать спокойнее будет. Но нет. Она мотнула головой, представив лицо бабушки Гюли – та была бы не рада.

– Ничего страшного, сегодня посплю в кресле в гостиной.

Совместная жизнь началась с того, что они очистили чулан от хлама, вымыли его и перетащили туда небольшой диван. Смеялись, когда забирали из-под цветка небольшой столик: он хорошо вписался возле диванчика.

Все три недели они учились жить вдвоем – начиная от быта и заканчивая совместным времяпрепровождением. Роза стояла у плиты чаще, чем когда-либо, и поймала себя на мысли, что ей приятно это делать. Она все еще носила юбки, будто оттягивала время, когда ниточка, связывающая ее со своим народом, порвется.

– Давай прогуляемся по торговому центру, – однажды предложил Милош, когда они возвращались из кинотеатра.

Он намеренно подталкивал ее к новой жизни в городе. А Роза, подобно пугливой лани, лишь несмело рассматривала витрины магазинов.

Милош мало что понимал в женской моде, ведь сам прожил большую часть жизни с цыганами. Им бы не помешала помощь кого-то из близких, например Софии. Но это было невозможно.

– Йована! – осенило его, и Милош тут же набрал ее номер.

Йована знает толк в моде даже лучше Софии. И она знает Розу, ее характер и должна предугадать, что той понравится.

Йована не заставила себя долго ждать, приехала быстро и тут же уперлась Милошу в грудь:

– А ты иди отдохни. Женщины справятся сами. Только деньги оставь.