Я вскакиваю с кровати, пот стекает с моих висков, когда я, наконец глотаю воздух, в котором так отчаянно нуждалась несколько мгновений назад.

— Иисус, блядь, Христос.

Я тянусь к ящику прикроватной тумбочки, нахожу свой телефон на зарядке. Что ж, по крайней мере, несмотря на мой пьяный ступор, мне удалось это сделать. Сейчас десять утра, я никогда не сплю после шести, и если я была так пьяна, как почти уверена прошлой ночью, почему я не чувствую похмелья?

Я открываю первое сообщение от Бена.

Бен: Я ушел завтракать без тебя, так как ты не проснулась. Расскажи мне… как прошел разговор с Найтом?

Я стону, падая обратно. Я помню все с прошлой ночи, вплоть до того, как мы уходили на вечеринку. Подождите. Нет.

Я снова вскакиваю со своей кровати. Да. Я пытаюсь покопаться в своих воспоминаниях. Я помню вечеринку и веселье, косплей фейри… Может быть, кокаин и Молли… Я пила и вдыхала наркотическое дерьмо направо и налево, все что угодно, лишь бы смыть повседневную скуку и почувствовать что-то новое.

Массируя виски, я начинаю молиться.

— Боже. Я обещаю, что больше никогда не буду пить, если ты просто расскажешь мне обо всех глупостях, которые я совершила прошлой ночью.

Сбросив с себя простыни, я быстро захожу в туалет, беру свой набор для душа и набираю Бена.

— Ты молодец, принцесса, — он отвечает после первого гудка.

— Заткнись, — я волочу ноги, отказываясь смотреть на кого-либо, пока иду в душ. — Что произошло с тобой прошлой ночью? Как ее звали?

— Кассандра, и со мной все в порядке, спасибо.

— Просто отлично, что ты пихнул в кого-то свой член, или просто прекрасно, что ты пихнул в кого-то свой член и получил ее номер?

— Вариант первый. В данный момент мне не нужен номер.

— Молодец, мальчик, — я хихикаю, протискиваясь в душ, мои плечи опускаются от облегчения, что я здесь единственный человек, и раскладываю свои вещи.

— Так ты так и не сказал, что произошло между тобой и девушкой барби, с которой ты ходил туда встречаться, что привело тебя к этой Кассандре… Или сказал, а я просто была слишком облажавшейся, чтобы вспомнить?

Я снимаю… что, черт возьми, на мне надето? Я зажимаю телефон между ухом и плечом, оттягивая низ черной футболки, чтобы лучше видеть.

— Какого хрена? — бормочу я, сбитая с толку иностранным дизайном спереди.

— Я сказал, что она пошла выпить, и я потерял ее.

А, точно, Бен что-то говорил.

— Потерял, а потом нашел Кассандру?

— В значительной степени, да, — он смеется.

Я киваю, слушая лишь вполуха, когда быстро переключаюсь на громкую связь и кладу телефон на раковину, снимая рубашку через голову и держа ее перед собой.

— Эй, у тебя есть черная футболка Philipp Plein?

— А? — Бен шаркает на заднем плане, и я опускаю футболку.

— Черт возьми, нет. Я не могла трахаться с этим дорогим дерьмом.

Может быть, я стащила ее у кого-то прошлой ночью? Может быть, она принадлежит Бену, и он просто не может вспомнить прямо сейчас из-за своей ерунды.

— Так как насчет тебя, твой сухой период официально закончился, после Тревора?

Правда?

Я вынуждена сделать слишком долгую паузу, поскольку смех Бена эхом разносится по ванной, выдавая меня. Я понятия не имею, был ли у меня мой любимый вид веселья прошлой ночью или нет.

— Мудак.

Я улыбаюсь, качая головой.

— Я принимаю душ, потом у меня смена в магазине. Кстати, ты видел Джаса вообще после того, как мы приехали туда? Я вроде как забыла, что это он пригласил нас.

Видения проносятся перед моими глазами. Образы Найта и того, как он усадил меня на колени к другому парню, чтобы он мог использовать свои руки, чтобы свести меня с ума.

Как он был таким игривым и почти милым, а потом щелкнул выключатель, и внезапно он стал… чертовски задумчивым. Неконтролируемое и чистое разрушение. Он был голодным волком, а я была его добычей, которая хотела, чтобы ее поймали.

Он как гребаный Гарри Гудини, появляющийся и исчезающий. Даже в моем чертовом сознании.

— Не-а, но скажи, когда увидишь его, что я мог бы надрать ему задницу за то, что он оставил нас тащиться домой пешком.

— Ты пошел домой пешком? — я разинула рот.

— Нет, мы позвонили в Uber примерно в полумиле отсюда, но он этого не знает.

— Люблю тебя, пока! — качая головой, я вешаю трубку с улыбкой на лице и включаю воду, трогаю ее, чтобы убедиться, что она достаточно теплая, прежде чем войти внутрь. Гребаные мальчишки.

Трахалась ли я с каким-нибудь парнем прошлой ночью, и да… во множественном числе, потому что привет, Ледженд?