– Что?

– О, совсем ничего! – Она ухмыляется, энергично танцуя в тот момент, когда раздается дверной звонок. – Вот и вечеринка!

Я улыбаюсь, качаю головой и делаю новый глоток виски, наслаждаясь тем, как он притупляет все мои чувства – физически и морально. Чем больше пью, тем больше забываюсь. С этой мыслью я делаю еще один глоток, в то время как песня сменяется на «Where the Girls At» David Guetta. Татум поднимает свой стакан в воздух и, окруженная целой толпой людей, изо всех сил кричит:

– Давайте напьемся!

Я приветственно поднимаю свою бутылку в воздух, улыбаясь ей в ответ. Развернувшись, я начинаю танцевать прямо посреди зала, извиваясь и прижимаясь к танцующим рядом гостям. Песня сменяется на «No Promises» группы Cheat Codes, и я продолжаю кружиться, теряя голову от выпитого виски.

До тех пор пока мой взгляд не останавливается на Бишопе, который стоит у входа в гостиную с Нейтом и остальными Королями позади него.

Хмурый взгляд Бишопа становится еще более мрачным, когда он видит, как кто-то сзади ко мне прижимается. Закатив глаза, я подхожу к ним с невинной улыбкой на лице.

– Привет, мальчики!

– Мэдисон! – огрызается Нейт. – Какого хрена?

– Что? – невнятно бормочу я, мой разум плывет от алкоголя. – По-твоему мне нельзя устроить вечеринку? – Я саркастически смеюсь. – Да, точно, я же не Нейт Риверсайд.

Нейт хватает меня за руку, но я тут же ее отдергиваю.

– Вы все – идите к черту. Оставь меня в покое.

Затем я проталкиваюсь через них и иду на кухню. Наклонившись к шкафчику, достаю стакан и наполняю его водой. Обернувшись, я вижу Бишопа, прислонившегося к дверному косяку со скрещенными на груди руками.

– Зачем закатывать вечеринку, Мэдисон?

– Почему бы и нет, Бишоп? – возражаю я, подстраиваясь под его тон.

Я выпиваю воду и иду к двери, но его рука ловит меня у выхода.

– Что за игры ты устраиваешь?

Я выдергиваю руку из его хватки.

– Почему бы тебе не заняться своими гребаными делами?

Затем я возвращаюсь на танцпол, выхватывая из чьих-то рук полупустую бутылку. Из динамиков звучит Cisco Kid, и я полностью отдаюсь музыке. Танцуя и двигаясь в ритм, я тесно прижимаюсь к ближайшему ко мне человеку. Обернувшись, я обвиваю руками его шею и перевожу взгляд на…

– Брантли?

Я пытаюсь отстраниться, но он хватает меня за руки, прижимая к себе.

– Ну-ну, никуда ты не пойдешь. Нельзя вот так тереться о мужской член, а потом думать, что ты сможешь сбежать.

Я щурюсь, комната кружится перед глазами.

– Я могу делать то, что я, черт возьми, хочу.

Он смеется, и его угрожающий смешок неприятно отзывается у меня внутри – я знаю, что его стоит избегать, потому что это гребаный Брантли. Хотя Бишоп так же ужасен, как и Брантли, – если не хуже, – но с ним я, во всяком случае, знакома. Я знаю, как далеко могу зайти с Бишопом, чтобы он не причинил мне вреда. Думаю ли я, что он все еще способен причинить мне боль и, вероятно, так и сделает? Безусловно.

Я смотрю в глаза Брантли, загипнотизированная музыкой и опьяненная виски. Приблизившись к нему еще немного, я провожу руками по четкой линии его подбородка, слегка касаясь указательным пальцем его нижней губы. Он ловит его зубами, и я угрожающе ухмыляюсь. Обхватив палец губами, он разжимает зубы и слегка его посасывает. Закрыв глаза, я стараюсь не обращать внимание на то, как мои соски упираются в чашечки топа, и на то, как меня охватывает возбуждение.

Прежде чем осознать, что делаю, я приподнимаюсь на цыпочках и целую его. Он открывает рот, позволяя моему языку проникнуть внутрь, его рука обхватывает мою обнаженную талию, а палец оттягивает край моих чулок в сеточку. Я облизываю его язык, слегка посасывая его, после чего он прикусывает мою нижнюю губу. Отстраняясь, я прижимаюсь к нему носом и смотрю ему в глаза. Его глаза, горящие похотью, – темным, властным и сильным желанием. Пойду ли по этому пути? По пути, который может привести меня к необратимым последствиям?

Да.

– Пойдем наверх? – шепчу я в миллиметре от его губ.

Он ухмыляется, его рот прижимается к моему. Заметив ямочку на его щеке, я стону, как перевозбужденный подросток.

– Нет, детка. Для меня это слишком банально.

Он берет меня за руку и тащит к открытым дверям.

– Пошли.

Прямо на ходу я беру со стола еще один стакан – только для того, чтобы снова поставить его на место.

– Нам это не понадобится.

Проходя мимо лестницы, мы пересекаемся с Татум, и она смотрит на меня, широко раскрыв глаза.

– Какого хрена? – кричит она, даже не пытаясь скрыть свой шок.