Ее симпатии в адрес наследника президента настолько очевидны, что вызывают глухое внутреннее раздражение. Генерал никогда не испытывал особой благосклонности к главной правящей семье, скорее, терпел, потому что был вынужден сотрудничать с Дерби на протяжении многих лет. Именно вынужден. Без выбора и вариантов. Уйти в отставку — исключено. Полигон — его детище, вся его жизнь. Другую, ту, что была «до» Одинцов давно забыл и похоронил. И зная самую большую слабость Одинцова, Дэрил крепко держит его за горло и вряд ли когда-либо ослабит хватку. По своей воле — точно нет.

— Дерби распределил задачи внутри своей команды: одни заняли позиции для прикрытия, другие под его руководством помогли вывести заблокированных участников, — продолжает тем временем лейтенант. — При этом он смог наладить взаимодействие с командирами остальных групп, что помогло избежать хаоса.

— Каков был итог? — голос генерала становится чуть резче, хотя лицо его все так же остаётся невозмутимым.

— Задание выполнено на восемьдесят процентов. Потерь нет. Лидеры тех групп, которым он помогал, признались, что без его вмешательства выбраться из ловушки было бы крайне сложно, — Белова выдерживает паузу, как бы давая время осмыслить сказанное. — Это пример не просто грамотной тактики, а навыков принятия на себя ответственности в стрессовой ситуации.

«Ее послушать, так отпрыск президента чуть ли не супергерой», — ухмыляется про себя Одинцов. На самом деле все гораздо банальнее. Имея время и ресурсы, Дэрил натаскал своего щенка, прежде чем тот решил, что сытая праздная жизнь в Улье не для него.

Откровенно говоря, генерал был уверен, что отец хорошенько надавит на сына и дальше подачи заявки тот не продвинется. Однако пацан здесь и показывает лучшие результаты, что не может не вызывать веских опасений и подозрений. Генерал не исключает того, что отправка сына на Полигон является очередным стратегическим планом Дэрила Дерби. Возможно, ему готовят замену. Президент всегда действует исходя исключительно из своих интересов. Убрать заклятого «партнёра» и поставить на его место родного сына — это полностью в духе Дэрила. Но что может противопоставить сопливый мальчишка многолетнему боевому опыту матерого волка? Ни-че-го.

Генерал задумчиво сводит брови и переключает внимание на Синга.

— Тебе есть что добавить, сержант?

Инструктор по выживанию уверенно кивает:

— Я наблюдал за испытанием. Действия Дерби говорят о том, что он умеет ориентироваться в нестандартных ситуациях и принимать стратегические верные решения не только за себя, но и за всю команду. В комплексе подобные качества встречаются редко. Таких людей нельзя недооценивать.

Генерал был бы дураком, если бы недооценивал людей. Не только врагов и соперников, а в принципе — всех людей, с которыми ему приходится иметь дело. Шершни в какой-то мере для него прозрачнее самой хитрой и злобной твари на этой планете — человека. По большому счету у мутантов одна цель — еда, другие — второстепенны. Человеческая популяции в этом плане гораздо сложнее и избирательнее.

Выслушав сержанта, Одинцов поворачивает голову в сторону Лоренса.

— Поясни-ка мне, док. На кой черт сдалась военная карьера отпрыску президента?

— Это хороший вопрос, генерал, — отвечает ведущий аналитик психотактики, наклонив голову и вглядываясь в данные на дисплее. — Если говорить о мотивации, у каждого рекрута она разная. Но в случае с Дерби его действия указывают на одно — он здесь не просто потому, что вынужден или хочет заработать себе имя. Возможно, это личный вызов.

Одинцов снова прищуривается, не меняя позы, но напряжение в его взгляде становится заметнее.

— Самому себе, говоришь? Или всё-таки остальным?

— Не исключено и то и другое, — спокойно произносит Лоренс. — В условиях Полигона такие стремления неизбежны. Судя по наблюдениям, он не использует свое имя как козырь. Скорее наоборот, старается от него дистанцироваться. Его действия направлены на достижение успеха через реальные результаты.

— Даже Сантес, который, мягко говоря, был настроен крайне негативно, признаёт влияние Дерби, — вставляет Белова.

— Сантес, — повторяет Одинцов, нахмурившись. — Тот ещё боец.

— Во время тех же испытаний Сантес был готов действовать по-своему, — сдержанно улыбается лейтенант. — Но Дерби не только заставил его подчиниться, но и распределил ему ключевую роль в прикрытии, что в итоге спасло операцию.

— Значит, умеет не только командовать, но и мотивировать, — подытоживает генерал, устремив сосредоточенный взгляд на экран. — Хорошо. Мы будем за ним наблюдать. Главное, чтобы парень не потерял голову от первых успехов. Но если он оступится, мы должны быть готовы. В условиях Полигона слабость недопустима, даже если ты сын президента. Кстати, сержант, чем разрешилась ситуация с инициаром Лейтон? — внезапно спрашивает Одинцов, переключившись на притихшего Синга.

Вопрос застает врасплох всех, кроме сержанта и самого генерала. Особенно — лейтенанта Белову, в глазах которой проскальзывает тень удивления. Доктор Лоренс тоже выглядит обескураженным.