— Ничего я не принимал. — отрицательно покачал головой Даниэль. В его глазах, смотрящих прямо в ее душу, мерцала, да сдвинется с орбиты земля, неприкрытая боль. — Я просто пытаюсь сказать, что, когда стоял за дверями кухни и слушал…. Все, что ты говорила, я не мог поверить, я не узнавал тебя. Думал, что ты просто злишься на меня. Но это не злость. Я действительно чужой для тебя. И, наверное, сам виноват. Я ненамного старше тебя, Джи. И я не умею вести себя иначе, никто не учил меня, как нужно относится к женщине, которая важна для тебя, которая нужна. До того мгновения, как мое сердце разбилось вдребезги под дверями кухни, я не знал, что оно есть. Я люблю тебя, Джил. И я думал, что ты знаешь об этом.

— Какая странная у тебя любовь, Дин, — оправившись от первого потрясения, вызванного признанием Фонтейна, пробормотала Джил. Сказать, что он удивил ее, все равно, что не сказать ничего.

— Да и я сам не совсем нормален. Ну, так что скажешь, Джи? Ты останешься со мной, и дашь нам еще один шанс?

— Как ты себе это представляешь?

— Никаких других женщин, Джи. Только ты. Я делаю тебе предложение. Пусть все происходит не так, как в девичьих мечтах. Зато от сердца. Я хочу жениться на тебе, Джи. И попробуй только сказать нет.

— А я и не собиралась.

Три года спустя

— Твоя выставка произвела фурор. Я горжусь тобой, Майкл. — Джил лучезарно улыбнулась и пригубила глоток шампанского из хрустального бокала, глядя в глаза Майкла Фонтейна.

Молодой человек уверенно встретил ее взгляд. Он не казался смущенным. Он знал, что талантлив и не страдал неуверенностью в себе. Они какое-то время молчали, разглядывая друг друга с задумчивой печалью. Джил ругала себя за опрометчивый порыв, поддавшись которому, она приняла приглашение Майкла на уединенный ужин в его холостяцкой квартире в честь празднования открытия его выставки. Но это был замечательный день для Майкла, его триумф и ей искренне хотелось поддержать его, разделить радость. В конце концов, они же не чужие.

— Как поживает Даниэль? — первым пресек затянувшееся молчание ее собеседник, поставив на стол свой бокал, и мельком глянув на обручальное кольцо Джил.

Волшебство было разрушено, и молодая женщина снова почувствовала себя некомфортно. Дин Фонтейн, как мрачная тягостная тень снова замаячил между ними. И хотя его не было в комнате, Джил всем существом чувствовала присутствие своего мужа. Ей не стоило идти сюда. Ищейки Даниэля доложат ему, где и с кем она была, раньше, чем она вернется домой.

— С ним все в порядке. Он пропадает на работе, постоянно разъезжает из офиса в офис. Майкл, мы так редко видимся, что я, порой, не узнаю его голос, когда он мне звонит.

— А поживает Колумбийский университет?

— Осталось два года. Я рада, что Дин позволил мне закончить образование. Но мне пришлось долго воевать с ним, отстаивая свою позицию. — Джил грустно усмехнулась. — Дин упрямый как осел.

— Да, это точно. Я рад, что у вас все хорошо. — скупо улыбнулся Майкл. — Но ты не выглядишь счастливой. Тебе одиноко в Нью — Йорке?

— Немного. У меня появились подруги, но я бы хотела почаще видеть своего мужа. Ты тоже редко у нас бываешь.

— Джил, не мне тебе объяснять причины. — Майкл снова взял бокал и повертел его в пальцах, не глядя на жену брата. — Сложно смотреть на вашу семейную идиллию, представлять, как это могло быть у нас. У нас с тобой.

Их взгляды снова встретились. Джил почувствовала, как больно кольнуло сердце. Майкл все еще много значил для нее. Он был ее первым мужчиной и незажившей раной. Они оба знали, что произошло. Дин Фонтейн украл девушку у своего брата.

— Ты же не любишь его, Джил? Как ты можешь так жить? — в лоб спросил Майкл.

Она вздрогнула и опустила голову, разглаживая несуществующие складки на своем подоле. Если бы все было так просто. Но Майкл не мог понять всей сути ее отношений с Дином. Никто не мог. Даже она сама. А любовь? Кто знает истинное значение этого слова? Она когда-то думала, что любит Майкла, и чем все закончилось? Он просто сбежал, отошел в сторону и не стал бороться за свое счастье, за нее. А Дин боролся. И в итоге выиграл. Но даже в минуты полной гармонии с Даниэлем, Джил часто ловила себя на мысли, что задается тем же вопросом, что и Майкл сейчас.

— Нам не стоит говорить об этом. — тихо сказала она. — Неправильно по отношению к Даниэлю. Вы не так давно помирились, и лучше не начинать все сначала.

— Он отпустил тебя одну. Сюда. Ко мне. Что это, Джил? Очередная проверка? — холодно поинтересовался Фонтейн — младший. — Неужели ты не видишь, что Дин манипулирует тобой.

— Нет, не думаю. Он доверяет мне. — встретив скептический взгляд Майкла, Джиллиан добавила. — По — своему.