— Я предлагаю перебраться в "Планет Роуз". — вставая на ноги, заявила Таня Джойс. — Будем всю ночь пить, плясать и петь в караоке. Джил, ты поешь?

Она в ответ неуверенно пожала плечами.

— Ничего, в "Планет Роуз" поют все. — Таня подняла стопку и залпом осушила ее. — Все, я готова.

— Соня, вставай.

Джил повернулась на бок, чувствуя себя героиней фильма "День сурка". Она открыла глаза. Так и есть. Колин сидел на ее постели в одних джинсах без ремня и нюхал белый порошок прямо с ее прикроватной тумбочки. Рядом с полосками кокса дымился кофе.

— Колин, у тебя зависимость. — констатировала Джиллиан.

Ее рука невольно скользнула по его спине. Обнаженная мужская кожа и тугие мускулы под ней неожиданно вызвали в девушке волну чувственного возбуждения. А это совсем ни в какие ворота. Хотеть парня, который нюхает кокаин, сидя к тебе спиной. У нее точно все в порядке с головой?

— Прости, детка. У меня просто осталось после вчерашнего. Не пропадать же добру. — отозвался Колин, вытирая рукой нос.

Он повернулся и лучезарно улыбнулся ей. Джил заметила, что его зрачки неестественно расширены. Но даже такой, в наркотическом дурмане, он был удивительно хорош.

— Я не помню, как мы приехали. — отводя взгляд от натренированной грудной клетки Колина Дугласа, проговорила Джил, заглядывая под одеяло. На ней было надето только нижнее белье. — Мне ведь не в чем раскаиваться?

— Ну… — он протянул ей кофе, загадочно ухмыляясь. — Если не считать того, что произвела фурор в "Планет Роуз" своими вокальными данными и танцевальными, кстати, тоже. — Колин сделал серьезное лицо. — То нет. Мы не трахались, если тебя это интересует.

— Фу, Колин! — возмущенно фыркнула Джил.

— А что я сказал? Ты же об этом спрашивала. — Дуглас снова сделал загадочную мину и заявил. — Но ты хотела.

— Нет! — испуганно воскликнула Джиллиан.

— Да. Ты очень настаивала.

По выражение его лица девушка поняла, что Колин не врет. Черт возьми, а ведь она могла….

— И что тебя удержало?

— Сам не знаю. — он пожал плечами, вставая с кровати. — Я сказал, что смогу заменить Даниэля в твоей постели, но в сердце… Если ты сама этого не захочешь, никто за тебя не решит вашу проблему.

— А ты романтик, Колин. — Джил удивленно смотрела на него, испытывая непонятную смутную тревогу.

Кто бы мог подумать? Колин Дуглас — сердцеед и мачо отказался от секса только, потому что…. Почему? Этот вопрос, видимо, отразился в ее глазах, потому что Колин внезапно отвернулся.

— Тебе снова пора на занятия. А я опять ухожу. — сухо сказал он непривычно серьезным тоном.

— Куда? — тихо спросила она, вдруг поняв, что, проведя с ним две ночи, не знает элементарных вещей. — Где ты живешь, Колин?

— Я живу в Сохо. Снимаю квартиру с мамой. — ответил он, выходя из спальни.

Они не договорились о встрече, и она так и не дала ему номер телефона, но Джил точно знала, что "День сурка" повторится. И что самое удивительное, надеялась на это.

Она долго принимала ванну, собиралась и приводила себя в порядок. Не смотрела на часы, точно зная, что уже серьезно опоздала на занятия. Собирая в сумку тетради, девушка мельком глянула на свое отражение в зеркальной двери встроенного шкафа для одежды. Шкафа величиной с кухню. На нее смотрела красивая молодая девушка с идеальным макияжем и прической. Преуспевающая, хорошо одетая, сильная, сдержанная с удивительно взрослыми глазами.

Девушка, добившаяся поставленной цели. Девушка, попавшая в мир с обложки глянцевого журнала. У нее теперь есть все, о чем она мечтала в годы безрадостного голодного детства. Деньги, положение, дорогая одежда, именитые друзья, учеба в престижном вузе, шикарный автомобиль, доступ в клубы для избранных, ВИП-места в опере и возможность завтракать, обедать и ужинать в самых престижных ресторанах Манхеттена.

Гламурная жизнь, дорогостоящие курорты, светские вечеринки, богатые поклонники. Она получила все, но цена, которую пришлось заплатить, оказалась непомерно велика. Ее разбитое сердце, растоптанная любовь, полное ощущение беспомощности. Все, чего так жаждала ее амбициозная натура, потеряло блеск и смысл. Теперь Джил до конца осознала, что на самом деле важно. Но это было недоступно. И ничто не изменит совершенных поступков, и сделанных ошибок.

— Кто же ты? — спросила она у своего отражения. — Чего ты хочешь? Зачем живешь?

Ответом была тишина. Она не знала, что сказать самой себе, как оправдать и заполнить внутреннюю пустоту, как избавится от ощущения фиаско и одиночества в душе.

— Ты что-то сказала? — спросила Сара, выходя из спальни.

Она пришла час назад, когда Джиллиан была в ванной, чтобы помочь прибрать в квартире.

— Нет. — тряхнула завитыми в аккуратные локоны волосами, ответила Джил.